Он придет

В хрустальной чаше. И еще одну из женщин стошнило на пол в конце. Я помог убрать…

– Спасибо, Рой. Вы можете идти.

– Да. Пойду.

Он развернулся, как робот, – худая фигура в коротком синем аптекарском халате, – и вошел в «Трифти».

– И такой вот готовит и отпускает лекарства? – недоуменно произнес я.

– Если его нет в том списке чокнутых, то он явно должен там быть. – Майло убрал блокнот в карман, и мы направились к машине. – Как, на твой взгляд, похож он на психопата?

– Нет, если только не лучший актер на свете. Вообще-то типичный астеник. Шизоидный темперамент, замкнутость, уход в себя. Может, даже на грани шизофрении, если что.

– Это опасно?

– Кто знает… Подвергни его достаточно сильному стрессу, и он может взорваться. Но, по моему мнению, он скорее предпочитает вести образ жизни отшельника – свернуться калачиком в кровати, ублажать сам себя, чахнуть, и будет оставаться в таком виде еще лет десять-двадцать, пока мамочка поправляет ему подушки.

– Если вся эта история про Икара – правда, то это проливает кое-какой свет на нашего дорогого покойника.

– На Хэндлера? Ну да, просто настоящий доктор Швейцер[38].

– Угу, – кивнул Майло. – Тот тип парня, смерти которого вполне может кто-нибудь пожелать.

* * *Каньон Колдуотер мы проскочили еще до того, как его заткнул поток машин с обитателями Долины, возвращающимися домой с работы, и в половине пятого уже были в Бербанке.

Типография «Престо» оказалась одним из серых бетонных строений, громоздящихся в индустриальном парке возле аэропорта Бербанк, словно огромные надгробия. В воздухе витали ядовитые ароматы, а небо с регулярными интервалами вспарывал натужный рев самолетных турбин. Интересно, подумал я, какова средняя продолжительность жизни у тех, кто проводит здесь все дневные часы.

Морис Бруно успел порядком возвыситься в мире с тех пор, как его фамилия попала в медицинскую карточку. Теперь он был вице-президентом, командовал продажами. Его тоже не оказалось на месте, как сообщила нам его секретарша, гибкая проворная брюнетка с выгнутыми бровями и ротиком, предназначенным говорить слово «нет».

– Тогда давайте сюда его босса! – рявкнул Майло. Удостоверение он сунул ей прямо под нос. Мы оба взмокли, устали и были удручены. Последним местом, в которым мы хотели застрять, был Бербанк.

– Это мистер Гершман, – сказала она, словно раскрывая какую-то секретную информацию.

– Тогда именно с ним я и хочу поговорить.

– Секундочку.

Она удалилась, виляя задом, и вернулась со своим полнейшим клоном в блондинистом парике.

– Я секретарь мистера Гершмана, – объявила клонированная копия."

"Должно быть, это все отрава в воздухе, решил я.