Он придет

Это заставило его очухаться.

– О господи, – простонал Крюгер. Стиснув зубы, попробовал вырваться из пут, как все, оказавшиеся в подобной ситуации, но наконец осознал свое затруднительное положение и осел обратно, тяжело дыша.

Я ткнул ему в ляжку стволом «тридцать восьмого».

– Ты любишь спорт, Тим. Тут тебе повезло, потому что тебе разрешат заниматься им в тюрьме. Без упражнений время может тянуться очень медленно. Но я собираюсь задать тебе ряд вопросов, и если ты не дашь мне удовлетворительные ответы, то я буду калечить тебя, постепенно, часть за частью. – Я вдавил холодную сталь в теплую плоть. – После этого твоя нога сгодится лишь на то, чтобы сходить в сортир. Потом я сделаю то же самое с другой ногой. А потом перейду к пальцам, запястьям, локтям… Ты будешь отсиживать срок как овощ, Тим.

Я слышал свои собственные слова, словно их произносил кто-то чужой. До этого дня я не знал, что способен добиваться своего угрозами. Не было повода это выяснить.

– Что вам надо? – Слова вырывались из него, придушенные страхом и стесненные неудобной позой.

– Где Мелоди Куинн?

– В Ла-Каса.

– Где именно в Ла-Каса?

– На складах. Возле леса.

– Это те шлакоблочные бункеры, про которые ты предпочел не говорить, когда проводил со мной ознакомительный тур?

– Угу. Да.

– В котором? Там их четыре.

– В последнем – самом дальнем от первого.

По ковру у меня под ногами расползалось темное пятно. Мой пленник обмочился.

– Господи, – простонал он.

– Давай продолжай, Тим. Пока что ты неплохо справляешься.

Крюгер закивал, словно жаждая похвалы.

– Она еще жива?

– Да. Насколько я знаю. Кузен Уилл… доктор Тоул хотел пока сохранить ее живой. Гас и судья согласились. Я не знаю, надолго ли.

– Ну, а ее мать?

Он прикрыл глаза и ничего не сказал.

– Говори, Тим, иначе твои ноги идут лесом.

– Она мертва. Это сделал парень, которого послали за девчонкой и за ней. Они зарыли ее на Лугу.

Я припомнил открытое пространство на северной стороне Ла-Каса. «Есть планы летом устроить там огород», – сказал он мне.

– Кто он?

– Один псих. Инвалид – типа как парализованный на один бок. Гас зовет его Эрл. Это ведь что-то вроде графа? Хотя какой из него граф…

Имя не то, которого я ожидал, но описание было верным.

– Почему он это сделал?

– Чтобы оставить как можно меньше концов.

– По приказу Маккафри?

Крюгер промолчал. Я посильнее ткнул стволом. По его ляжке пробежала дрожь.

– Ну да! По его приказу. Эрл никогда не действует по собственному разумению.

– И где сейчас этот чертов Эрл?

Опять колебание. Не задумываясь, я резко ткнул его стволом «тридцать восьмого» в коленную чашечку. Глаза Крюгера распахнулись от неожиданности и боли. Из них полились слезы.

– О боже!

– Давай без этих религиозных штучек. Просто говори.