Он

— Я не знаю, что по-твоему произошло этим летом, — продолжает Джейми, засовывая руки в карманы своих строгих брюк. Если с тренерством он пролетит, то вполне может попробовать себя в роли CEO. Потому что вид у него в костюме — просто чума. — Вообще я уверен, что ты напридумывал себе гору всяческой ерунды. Ты думаешь, будто бы совратил меня, или манипулировал мной, или тому подобную чушь.

Мое лицо начинает гореть. Потому что именно так я и думаю.

— Ты думаешь, что я просто валял дурака. Решил попробовать что-нибудь поострее. Ты думаешь, что я собираюсь… — он трет ладонями друг о друга, словно отряхивая их, — просто вернуться к девушкам. Списать все это на эксперимент.

Да, и такие мысли у меня тоже имеются.

— Так вот для меня все было не так, Райан. Было вот что: ко мне вернулся мой лучший друг, и я запал на него. — Его голос становится гуще. — Я не просто так говорю. Я люблю тебя, понял? Знаю, момент не самый удачный, но возможности сделать это в Лейк-Плэсиде у меня не было, поэтому я говорю тебе об этом сейчас. Просто на случай, если когда-нибудь у нас будет больше, чем всего одно лето. Я люблю тебя, и мне бы хотелось, чтобы все сложилось иначе.

У меня закладывает уши, а мир становится немного размытым. Я чувствую, как оседаю на пол. Моя спина скользит по дорогой кухонной панели, задница стукается о полированное вишневое дерево пола. В глазах стоят слезы, и я отворачиваюсь к окну. Вижу синеву. Прекрасный гребаный вид, на который мне наплевать.

Потому что на свете нет ничего прекрасней мужчины, который только что признался, что любит идиота-меня.

— Вес. — Голос мягкий, и он приближается. Я слышу, как его пиджак с шорохом падает на пол. Через несколько секунд Джейми садится рядом со мной.

Боковым зрением я вижу мускулистые руки за закатанными рукавами рубашки. Он обхватывает свои колени. Вздыхает.

— Я не хотел расстраивать тебя, — произносит он тихо. — Но это нужно было сказать.

Он прямо здесь. Чистый запах его шампуня, тепло его локтя — я переполнен этими ощущениями. Я так скучал по нему. Блядь, так сильно, что ходил с пустотой в груди в месте, где у меня было сердце.

Но теперь эта зияющая дыра снова заполнилась. Мое сердце вернулось. Джейми здесь.

И, блядь, он любит меня.

Из меня с дрожью исторгается вздох.

— Я не могу выбирать, — вымучиваю я из себя.

— Ты уже выбрал, и я могу понять, почему…

Я яростно трясу головой.

— Нет. Я серьезно… я не могу выбирать. Я не стану выбирать между тобой и хоккеем. Я хочу и то, и другое. Даже если это и катастрофа. — Я поднимаю глаза ровно в момент, когда Джейми морщится.

— Я не хочу становиться причиной, из-за которой у тебя не сложится с НХЛ, — настойчиво возражает он. — Я все понимаю, Вес. Правда.

По моему лицу катятся слезы, но мне все равно. Я снимаю его руку с коленки, целую ее.