Он

Не успевает Пат открыть рот, как он выпаливает:

— Только не надо мне заливать, что вы были не в курсе. Как вы могли нанять этих двоих для работы с восприимчивыми детьми?

Пат делает долгий вдох, но лицо у него багровеет.

— Я понятия не имею, что именно вас возмутило. Кто-нибудь просветит меня?

Джейми открывает рот, но я жестом прошу его помолчать. Чувствую, как меня колотит от ярости, но удерживаю голос спокойным и ровным.

— Пусть мистер Килфитер расскажет тренеру Пату, что конкретно он видел. — Я поворачиваюсь к Килфакеру. — Только подробно. Не сдерживайте себя.

Финт срабатывает, потому что Килфакеру становится неуютно. Я направил его гомофобию против него самого. Он даже не может озвучить увиденное — настолько ему омерзительно.

— Они… — Он прочищает горло и пальцем показывает на меня. — Он поцеловал его.

И тут надо отдать Пату должое. На его лице вспыхивает удивление, но уже через наносекунду он его прячет.

Не давая Пату возможности встрять, я снова бросаюсь в атаку.

— Какое-то скудное описание. Что еще вы увидели? Ну давайте, я жду. Не терпится послушать об извращениях.

Килфакер трясет головой.

— Поверь, этого было достаточно.

— Да ладно? — огрызаюсь я. — Где я поцеловал тренера Каннинга?

Моя агрессивная игра явно раздражает его, а значит я на верном пути.

— На заправке!

— В какую часть тела, чувак? — Я чуть ли не хмыкаю, потому что по центру Килфакерова лба начинает пульсировать вена.

— Вот сюда. — Он показывает себе на щеку. — Но суть не в этом.

Я продолжаю напирать.

— Серьезно? А мне кажется, именно в этом. Я знаю Джейми целую вечность. В тот момент он рассказал мне кое-что важное о своей карьере, и я его обнял. Одной рукой. Не будем скупиться на чудовищные детали, окей? Я утешил своего друга — этим самым полуобъятьем и поцелуем в щеку. Теперь вы закуете меня в наручники, да? — Я выставляю вперед запястья.

Килфакер готов взорваться.

— Но я видел… я думаю, вы двое точно…

Тут заговаривает и Пат.

— Неважно, что вы там думаете. Это и есть ваша большая проблема? Интимный момент без возрастных ограничений между друзьями?

— Друзьями, которые…

— Это не ваше дело! — кричит Пат. — И не мое. Я ни разу не видел, чтобы мои тренеры вели себя непристойно. На катке они заняты исключительно делом. За что, смею напомнить, сэр, вы и платите.

— Нет! — возражает Килфакер. — Я плачу за здравомыслие и расскажу всем, как безответственно вы относитесь к подбору сотрудников. Серьезно, вы дождетесь, что все закончится очень плачевно. Эти двое наделают дел и…

Пат прерывает его.

— Единственные дела, случившиеся по вине тренера Каннинга, были в день, когда на каток пришла его девушка. И ваш сын отпустил неуместный комментарий о ее анатомии.

У Килфакера отваливается челюсть.