Он - моя тайна

Матвей уже включил чайник и тихо сидел на кухне, даже в телефоне не играл.

— Ты зубы почистил? — спросила ласково.

— Угу.

Я подошла и обняла его. В светлую макушку поцеловала. Голубоглазый, высокий, светленький — у меня красивый сын, который совсем на меня не похож.

— Сделать тебе яичницу с сосисками, твою любимую, а?

Он кивнул и наконец улыбнулся.

— Не обижайся на папу, ладно?

Матвей кивнул, но дуться не перестал. Возраст у него сложный. Уже не маленький, но и не подросток. Нельзя сказать, что Женя часто срывался на него, но мальчик рос, бунтовал и огрызался. Свои права отстаивал.

— Вкусно пахнет.

Муж появился при параде и с безупречной улыбкой на губах. Матвея по волосам потрепал и меня сзади приобнял.

— Прости, — шепнул в волосы. — Хотел тебя очень, — добавил еще тише.

Я бросила на него выразительный взгляд — мы вроде ночью не в куличики играли, откуда столько нетерпения?!

— Ты постоянно занята, нам тебя не хватает, правда, сын?

А вот это нечестно. Матвей смотрел на нас обоих и не знал, что ответить: он любил меня и не мог не скучать, но не настолько нуждался в опеке. Женя знал, что сын — моя драгоценная слабость и иногда пользовался этим. Мы много раз обсуждали это, причем на повышенных, но в итоге я оставалась не правой, а муж просто заботился о наших семейных интересах.

— Матвей, тебе нормально до семи в школе? Не устаешь? — заботливо поинтересовался.

— Да я привык, — ответил и принялся за завтрак.

Я достала свежевыжатый апельсиновый сок и поставила перед мужем блюдо с яйцами, семгой и мягким сыром с зеленью. Он обычно любил пашот, но я не захотела заморачиваться и сварила всмятку. Я тоже бунтовала против домашней диктатуры!

— Матвей, рюкзак бери и одевайся! — крикнула, прыгнув в туфли и набросив короткое пальто. Весна наступила, но вместо солнца у нас тучи мглою небо кроют.

— Пообедаем сегодня? — спросил Женя, снова притягивая к себе.

— Не могу, у меня с заказчиком встреча.

— А вечером? Втроем поужинаем, м?

— Мне над проектом поработать нужно будет, не могу.

— Тогда ночью, — тонко улыбнулся. — Знаешь, мне кажется, что нам нужно подумать о прибавлении.

Что? Нет, ЧТО?!

— Но как же… — не поняла я. — Мы ведь…

— Прекращай пить противозачаточные, — и настойчиво в губы поцеловал. — И сходи к гинекологу, узнай, что и как, ок?

— Хорошо… — медленно проговорила.

— И еще, красавица моя, не крась так ярко глаза. Это реально перебор.

— Офигеть! — воскликнула я, когда за ним дверь захлопнулась. Слава богу нас ждать не стал. На горизонте маячила еще одна ссора, а мне нельзя заводиться — день важный и сложный.

— Мам, — сын с рюкзаком вышел, — вот почему тебе можно говорить «офигеть», а мне нет?

— Будем считать, что вопрос риторический, а ответ ты и так знаешь. Поехали, опаздываем уже.