Он - моя тайна

Владу посадили на семнадцать лет без права на амнистию и условно-досрочное из-за статьи о наркотиках. Ее подельникам из «Астронефти» досталось намного меньше: условные сроки, публичное порицание и потеря доходов от нефте-долларов. В благодарность Максим чего только не предлагал, не любил быть должным. К примеру, чтобы не быть должным Жене — уничтожил компромат на него. С Полонским было сложнее: ему ничего не нужно, кроме разве что самого осознания, что у него есть такой должник. Думаю, он мог потребовать, чтобы никогда не видеть Макса, но это невозможно.

— Это обязательно? — нехотя поинтересовался.

— Да, как и хорошее поведение с хорошим настроением.

Мне показалось, что услышала, как он зубами заскрипел. Подошла, обняла со спины, поцеловала, наблюдая, как ловко переодел нашу кряхтящую принцессу.

— Ты знаешь, что я люблю тебя?

— Тебе еще что-то нужно, лиса?

— Нет, — я глубоко вздохнула солнечный аромат его кожи, — у меня все есть…

* * *Женя

Прага, Канун Рождества

— Одно темное, нефильтрованное, — поднял палец я. В этом баре подавали отличное пиво и расположение классное. Старый город. Сегодня было много людей, но для меня специально оставили местечко у бара. Постоянный клиент.

— Держи, доктор, — Лянка поставила передо мной запотевший бокал и орешки.

— Благодарю, пани Кнедлик, — я с удовольствием наблюдал, как у нее щеки от злости вспыхнули. Лянка терпеть не могла такого обращения. Ей тридцать пять, она не замужем и гордилась этим."

"Мы познакомились два года назад: она пришла в клинику и попала ко мне. Длинноногая изящная брюнетка с хорошей фигурой. Как раз в моем вкусе. На Дину похожа, да. Но на внешности их сходство заканчивалось. Лянка была владелицей бара и нередко сама становилась за стойку. Она могла и отбрить, как следует, и крепким словом приложить. Мы быстро стали любовниками. Просто секс, не более. Нас обоих это более чем устраивало.

— Какие планы на Рождество? — Лянка протерла стойку возле меня и достала еще орешков.

— Пиво допью и домой. Сегодня просто двадцать четвертое декабря.

Я был атеистом и никакого трепета по поводу католического Рождества не испытывал, но атмосфера в городе присутствовала. Меня тоже пробрало, к людям захотелось.

— Какой же ты все-таки русский, — саркастично сказала, склонившись ко мне через стойку. — Я через десять минут заканчиваю, к друзьям пойду. Если хочешь, присоединяйся.

Лянка не стояла над душой в ожидании ответа. Она предложила, а соглашаться или нет дело мое.

Я достал телефон и нашел последнюю фотографию: Дина, Матвей и я. Сначала часто смотрел на снимок, потом реже. Больше трех лет после развода прошло, может, пора? Жить дальше или жить прошлым? Смогу ли? Не знаю, но… Я удалил фото. Пора.