Он бесит (СИ)

И правда, куда мне спешить, если впереди длинный вечер, который придется чем-то занимать.

— Пойдем в кафе посидим что-ли? — предложила Алена, после того как Мила с Толиком убежали на улицу, не дожидаясь нас.

— Не знаю.

Зазвонил телефон, Мила, может быть что-то забыла?

— Оль, хочу предупредить, сейчас проходили мимо стоянки, — громко зашептала она в трубку, — так там стоит твой Третьяков, мне показалось, что он ждет тебя.

Переглянулась с Аленой, которая стояла рядом и прекрасно слышала весь разговор.

— Давай, иди вперед, — подтолкнула она меня, — а я выйду попозже.

Быстро накинула курку, обмоталась шарфом и вышла на улицу.

Увидела его почти сразу — стоял, облокотившись на свой мотоцикл и смотрел на меня. Хоть нас и разделяло метров двадцать, его взгляд прожигал насквозь. Не знаю, почему, но я решила, Милка права, он ждет именно меня и хочет поговорить. От этой мысли все внутри наполнилось теплом. Неважно, что он скажет, совершенно неважно, что скажу я, главное — мы будем совсем близко. Как я мечтала об этом долгие две недели, казавшиеся вечностью.

Сделала шаг по направлению к нему как вдруг мне преградил путь большой букет цветов. Сначала я обратила внимание именно на цветы — большие ярко-розовые бутоны, в обрамлении белых хризантем, а потом уже на их обладателя. И не могла сдержать возгласа удивления.

— Леша?

— Оль, привет, это тебе, — он попытался сунуть мне в руки букет.

— Ты тут откуда?

Спрашивала, а сама смотрела в сторону Третьякова. Видела, как меняется его взгляд, как он встает, отворачивается от меня, заводит мотоцикл.

— Леш, извини, я не могу сейчас, мне нужно бежать.

Но он уже выехал со стоянки и скрылся в потоке машин. Черт, черт, черт.

15. Третьяков

Такая же как все.

Мысль прокручивалась в башке уже в сотый раз, и в сотый гребаный раз сердце сжималось в тугой клубок. Нахрен, не думать ни о чем. Но не думать не получалось.

Знал ведь, что нельзя доверять ни при каких обстоятельствах, мало ты на этих красавиц насмотрелся дома? Но нет, что-то в ней не отпускало, заставляло поверить. Поверил на свою голову. До сих пор в ушах слова этой стервы Стужевой. На треп бы и внимания не обратил, мало ли что она там несет, но вот Ольгино лицо — сразу понял, все правда с этим гребаным спором.

Стоял спокойно, но чего стоило это спокойствие! Давно не давило от такой ярости. Пожалуй, если сейчас выйду на улицу, не удержусь и нарвусь на неприятности.

Пошел в бар за стаканом виски заставил себя сидеть и ждать, пока злость уляжется хоть немного. И тут снова она. Говорит что-то, но я все еще на взводе, своими словами она делает только хуже. Любит, серьезно? Или все еще держит за идиота?

Посмотрел на нее, вложил во взгляд все презрение, какое смог, но ее ничем не пронять. А самое противное, я все еще хочу ее.