Армагеддон: Омнибус

Тот покатился по земле, испытав новый приступ боли.

Враг попятился. Раздался треск и зелёнокожий рухнул в пыль рядом с пилотом, причём уже без половины черепа. В руке у стоявшего на коленях Броека дымился разряженный лазган.

Высокий солдат помог Страйкеру подняться.

— Пошли, — неразборчиво произнёс он, — нам ещё надо захватить самолёт.

Конрад посмотрел на грубый разводной ключ из обработанной стали, который держал в руке. Больше полуметра длиной и, похоже, сделан в первую очередь для нанесения ударов, причём тяжёлых. Примерно таких, каким пилот сам только что приложил орка — сложно представить, чтобы ксеносы закручивали или ослабляли болты подобным инструментом. Рядом лежал пистолет — он уронил его на взлётно-посадочную полосу. Бросив со звонким лязгом тяжёлый кусок металла, лётчик осторожно наклонился и подобрал своё оружие.

До заманчиво открытой рампы было двадцать метров. Броек помог Конраду восстановить равновесие, хотя сам легионер вполне возможно страдал от сотрясения мозга, и они возобновили погоню.

Позже Страйкер не мог понять, каким образом умудрился догнать ""бомбилу"". Он едва мог вспомнить, как бежал по дымившемуся асфальту. Но как бы невероятно это не выглядело — он рухнул на колени на холодный железный пол в трюме бомбардировщика. Воистину Император наблюдал за ними и благословил их авантюру.

В независимости от того как орки собирались использовать гигантскую машину, атака имперцев привела к изменению планов. Другими словами в грузовом отсеке было пусто — не видно ни одного зелёнокожего. Тем не менее, Конрад понимал, что пилот и несколько стрелков успели занять свои места, прежде чем огромный самолёт попытался взлететь.

— Идите в кабину, — произнёс Броек, перекрывая непрерывный гул двигателей, сотрясавших корпус бомбардировщика. — Я займусь остальным… сопротивлением.

Легионер направился куда-то во мрак бомбера. Достаточно скоро лётчик услышал треск лазгана и быстро умолкший гортанный рёв. Теперь пора действовать.

Чувствуя, как его покидают последние силы, Страйкер пошёл в темноте в нос самолёта. Он миновал две переборки и поднялся по лестнице. Тусклый сумрак неожиданно сменился ослепительным дневным светом, который струился сквозь стеклянные окна кокпита."

"Прямо перед ним сидел огромный мускулистый зелёнокожий. Ксенос вёл бомбардировщик, обеими руками держа в руках примитивный штурвал. Не медля ни секунды, Конрад направил в спину твари пистолет и выстрелил.

Не издав ни звука, орк резко упал на приборную панель. Обороты двигателя возросли, и бомбер стремительно свернул влево. Имперец посмотрел сквозь ветровое стекло и увидел, что они приближаются к высокой шестиугольной башне контроля полётов, которая уже начала заслонять обзор.