Омерта

А потом быстро встает на ноги и подхватывает меня на руки. В дверях застывает уже знакомая горничная, и я замечаю её, потому что резко поворачиваю голову на звук разбившейся посуды. Кажется, она принесла мне ужин и разбила его к чертям, заметив, как один из её хозяев берет на руки меня – заложницу этой проклятой клетки. Девушку, которую они неделю держали в темнице, словно животное. К слову, животные ни в коем случае не заслуживают такого отношения. И я всегда мечтала о собаке…

– Что ты делаешь? – интересуюсь я у своего губителя и спасителя в одном лице.

– Не задавай лишних вопросов, Амелия, – коротко отрезает Киан, и направляется в сторону двери. Неужели я, наконец, узнаю, что за ней находится?

Когда мы проходим мимо горничной, я едва сдерживаю себя, чтобы не показать ей язык, но вовремя напоминаю себе о том, что она ни в чем не виновата и, скорее всего, просто выполняет свою работу.

Оставаясь молчаливым и холодным, Киан Морте несет меня через всю территорию их сумасшедшей и преступной семейки.

И владения эти мало чем отличаются по стилю и ландшафтному дизайну от особняка О`Коннелов или Ди Карло. Не знаю, с чем это связано. Возможно, я все ещё недалеко от «Золотого Берега». Фамильные дома, поместья и резиденции в этом районе строились в одно время, поэтому не удивительно, что они так похожи.

В сумеречном свете я вижу лишь огромный особняк, утопающий в огнях, и с тихим смирением позволяю Киану переносить меня по владениям банды «диких ублюдков», за которыми, судя по масштабам, наверняка следит не один десяток нанятого персонала. Сад представляет собой лабиринт декорированных кустов, фонтанов готического вида, зон отдыха с коваными лавочками. Оказывается, все это время я пребывала не в тюрьме, а в помпезном доме, не уступающем по роскоши вилле моего дяди.

Киан направляется в сторону кирпичного здания с огромными панорамными и затонированными окнами. Когда мы оказываемся внутри, мужчина включает свет, я с раскрытым ртом оглядываю умопомрачительно стильный лофт в серо-черных тонах.

Каждый предмет интерьера отражает закрытость характера хозяина пространства. Здесь царит скандинавский минимализм, идеальный порядок, и во всём преобладают острые углы и четкие линии. Много техники и мало мебели. Думаю, комната Киана чем-то напоминает спальню, которая могла бы быть создана для инновационного космического корабля.

В глаза бросается огромная тахта на небольшом возвышении, занимающая место классической постели, заправленная черным постельным бельем и серыми наволочками. Внутренняя отделка лофта составляет декоративный камень с особым, необъяснимым отливом, создающий эффект жидкой горной породы.