Ингвар и Ольха

Она посматривала искоса, внезапно Олег повернул голову и чуть улыбнулся ей. Ольха ощутила, как кожа на ее руках пошла крупными пупырышками. Великий князь понимал ее мысли и поблагодарил молча за сочувствие. И в то же время наклоном головы, полуспущенными тяжелыми веками, изгибом губ так же молча сказал, что эту ношу нести ему одному. И одному отвечать за обильно пролитую кровь.

Ольха верно чуяла, что думы великого князя чернее грозовой тучи с градом. И смотрел поверх голов, потому что кому как не великому князю видеть больше и дальше?

Кто из этих местных знает, что варяг Роллон, изгнанный из Ильменя и Киева, вскоре снова собрал викингов? На этот раз, не рискуя скрестить мечи со славянами, на драккарах поднялся с моря по реке Сене, разбил наспех собранное ополчение местных жителей. Его пытались остановить, но он быстро закрепился на захваченных землях, расширил их еще и еще, пока со всем войском не выступил против него сам французский король Карл.

Увы, яростный в бою Роллон разбил и Карла. Вынудил признать право норманнов на захваченные огромные земли, которые этот отряд разбойников гордо назвал Нормандией. Карлу пришлось даже отдать свою дочь за их вожака!

А со стороны Ла-Манша во Францию ворвался другой викинг – Оттар. Его тоже помнят новгородцы за те бесчинства и резню, которую учинил на Ловати. Оттар, подобно Роллону, тоже захватил огромные земли, а все его викинги до единого, включая дураков и слабоумных, стали знатными синьорами и получили в собственность десятки деревень с населением. Но и там, это видно каждому, кто знаком с дорогами людей, через два-три поколения перестанет звучать речь викингов, а их правнуки уже будут считать себя французами. Только и останутся в названиях владений нормандские названия на «виль», «кур» или «бо»… Но все утратят язык, имена и вольются в покоренный народ, добавив струю горячей крови в дряблые жилы.

И что же? Ему, как Вещему, зримо, как эти свирепые норманны, уже став французами, забыв родной язык и разговаривая только на французском, через поколения вторгнутся через Ла-Манш в Британию, разобьют, победят, захватят, заставят склониться… Более того, захватив всю Британию, сами станут королями, от них пойдет новая династия. Но и они через поколения растворятся среди местных саксов, забудут уже и французский язык, примут новые имена и новый для них язык… Уже англицкий! Так стоит ли, глядя на то, что творится на свете, ополчаться на пришлых русов? Они уже – стоит посмотреть хотя бы на Ингвара и Ольху! – растворяются среди славян. Только и того, что имя останется, как у болгар, к примеру.