Ингвар и Ольха

Разве не для того он с карающим мечом вторгался в пределы враждующих племен, истреблял старейшин, порой устилал трупами поля?

– Я буду ждать тебя в загородном доме, князь, – пообещал он. – Убедись, что мир везде.

– Свободны. Я никого не давлю поборами.

– Щади народ, – повторил Олег с нажимом. – Дай встать на ноги. Себе в ущерб, но налоги пока не бери. Пусть закрепятся на новых для них землях. Пусть соберут хоть три-четыре урожая!.. А нам хватит дани с тех, кто присоединяться к нам не желает. Надо будет, еще кого-нибудь из богатых соседей примучим.

– Когда желаешь пожаловать?

– Да чего откладывать? Сегодня… нет, сегодня поздно, завтра и загляну к тебе. Посмотрим, как ты устроился.

Он говорил спокойно, но Ингвар ощутил угрозу. Олег всеми силами раздвигал пределы Руси, теперь хочет видеть результаты своего труда. А их видел не в данях и захваченных в полон, а в прекращении распрей в пределах Руси. По его замыслу, мечи должны обнажаться только на границах да еще дальних заставах. А вся Русь – это сплошное засеянное поле с золотой пшеницей, города и села со счастливым народом, тучные стада. Всякий, кто мешал его планам, становился врагом.

– У меня все мирно, – повторил Ингвар.

– Завтра увидим, – пообещал Олег, в голосе прозвучала зловещая нотка. – А сейчас кликни воевод. Они бражничают внизу. Надо будет продумать, как лучше наладить полюдье. Много несправедливости предвижу в эту зиму… Надо установить, с кого сколько, а больше – ни-ни!

Ингвар скривился. С побежденных почему не взять вдвое? Они должны оплатить и расходы на войну. Это только справедливо. Покорись сразу, не было бы похода против них, сражений, сирот с обеих сторон.

– Я сейчас вернусь, – пообещал он. – Одна нога здесь, другая там!

Он сбежал вниз, прислушался на ходу. Воеводы и знатные бояре все еще гуляют, орут песни. Княжьи пиры затягиваются надолго. Для князя удобно: воеводы под рукой, можно призвать и на совет, можно дать наказ и сразу отправить на заставу богатырскую. А что расходов больше, так их оплачивают покоренные. Чем больше противятся, тем больше платят. Они сами содержат тех, кто их усмиряет огнем и мечом…

Он пробежал мимо, страшась вызвать гнев князя, ежели обнаружит. Выскочил на крыльцо, огляделся. К счастью, Павка еще не уехал, заболтавшись с дворовыми девками. Увидев выскочившего на крыльцо воеводу, ударил коня в бок пятками, уже поворачивая в сторону ворот.

– Стой! – крикнул Ингвар страшным шепотом, рискуя быть услышанным на пятом поверхе князем. – Стой, шельма!.. Едь сюда!

Павка пытался сделать вид, что не слышит, но Ингвар сказал ясно:

– Клянусь, убью, если сейчас уедешь!.. Ты меня знаешь.

Павка знал грозного хозяина. Помертвев, подъехал, повесив голову. Сейчас он должен был быть уже на полдороге к терему Ингвара.