Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

Если да, то тогда, если она выживет, она найдет эту сову и хорошенько врежет ей по морде. Эта мысль подняла ей настроение. Она, прихрамывая, медленно обошла траншею, и подалась в темный коридор.

Глава 36. Аннабет

Тоннель был прямым и ровным, но после своего падения, Аннабет не хотела рисковать. Она опиралась на стену руками для поддержки и трогала самодельным костылем пол, проверяя его на наличие ловушек. Пока она шла, сладкий запах усилился и встревожил ее нервы. Звук бегущей воды позади нее исчез. Вместо него теперь шептал хор миллионов крошечных голосов. Казалось, звуки исходили из стен и звучали все громче.

Аннабет попыталась ускорится, но не могла идти быстрее, не теряя при этом равновесия из-за сломанной лодыжки. Она ковыляла вперед, убежденная, что кто-то шел за ней. Маленькие голоса объединялись, становились ближе. Она прикоснулась к стене, и ее рука покрылась паутиной. Она закричала, а потом выругала себя за это.

— Это только паутина, — сказала она сама себе, но это не остановило рев в ее ушах.

Она ждала пауков. Она знала, кто находился впереди: ткачиха. Ее Светлость. Голос во тьме. Паутина сообщила ей, насколько близко она была.

Ее руки дрожали, когда она вытирала их о камень. О чем она только думала? Она не сможет выполнить это задание в одиночку.

— Слишком поздно, — снова сказала она себе. — Просто продолжай идти.

Она шла по коридору, и каждый шаг приносил ей боль. Шепот становился все громче, он звучал как миллион сухих листьев, развевающихся на ветру. Паутина стала более плотной, постепенно заполняя весь туннель. Вскоре ей пришлось убирать ее с лица, разрывая тонкие паутинки, покрывающие ее, как детская игрушка Силли Стринг. Её сердце хотело вырваться из груди и убежать. Она споткнулась, но продолжила идти вперед, пытаясь игнорировать боль в лодыжке.

Наконец-то коридор закончился дверным проемом, заполненным старой древесиной. Это выглядело так, будто кто-то пытался забаррикадировать дверь. Это не было хорошим предзнаменованием, и Аннабет использовала свою опору, чтобы расчистить себе путь настолько, насколько это было возможно. Она поползла по небольшой оставшейся груде древесины, загнав несколько дюжин осколков в свободную руку."

"С другой стороны баррикады находилась камера размером с баскетбольную площадку. Пол был украшен римской мозаикой. Остатки гобеленов свисали со стен. По обе стороны от дверного проема торчали два неосвещенных факела из стенных подсвечников, оба покрытые паутиной. В дальнем конце комнаты, над другим дверным проемом горела Метка Афины. К сожалению, между Аннабет и тем проходом, пол был разделен пополам пропастью в пятьдесят футов.