Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

На жертвеннике стояла каменная фигура человека, опустившегося на колени с кинжалом и факелом в его грубых руках. Опять же, Аннабет понятия не имела, что означали эти образы. Она сделала один шаг к алтарю. Под ее ногой послышался хруст. Она посмотрела вниз и поняла, что она просто наступила своей ногой на человеческую грудную клетку. Аннабет сдержала крик. Интересно, откуда она появилась? Она уже смотрела вниз раньше, но не видела ни одной кости. Теперь же пол попросту был усеян ими. Грудная клетка явно была очень старой.

Она рассыпалась в прах, когда Аннабет убрала ногу. Рядом лежал ржавый бронзовый кинжал, очень похожий на ее собственный. Либо у этого мертвого человека было оружие, либо этим оружием его и зарезали. Она достала свое лезвие, чтобы увидеть то, что было перед ней. Чуть дальше, по пути мозаики, растянулся более целый скелет в клочьях сшитого красного дублета, как у человека эпохи Возрождения. Его гофрированный воротник и череп сильно обгорели, как будто парень решил вымыть волосы паяльной лампой.

«Замечательно», — подумала Аннабет. Она подняла глаза на статую на алтаре, которая держала кинжал и факел. «Какое-то испытание», — решила Аннабет. — «Эти двое провалили его. Наказание: по направлению к алтарю были разбросаны множество костей и обрывков одежды».

Она не могла понять, сколько здесь находилось скелетов, но она была готова поспорить, что в прошлом все они были полубогами, детьми Афины, отправившимися на этот поиск.

— Я не буду еще одним скелетом на полу, — сказала она статуе, надеясь, что это звучало храбро.

— Девушка, — прозвучал водянистый голос, отдающийся эхом по всей комнате. — Девушкам не разрешено.

— Женщина-полубог, — сказал второй голос. — Недопустимо.

Комната загремела. С трескавшегося потолка начала сыпаться пыль. Аннабет побежала к дыре, из которой попала в эту комнату, но та исчезла. Ее нить была разорвана. Она вскарабкалась на лавку и начала стучать по стене, где была дыра, надеясь, что отсутствие отверстия всего лишь иллюзия, но стена была твердой.

Она оказалась в ловушке. Вдоль скамейки замерцали десятки призраков: фиолетовые мужчины в римских тогах, словно лары, которых она видела в лагере Юпитера. Они смотрели на нее так, словно она прервала их заседание.

Аннабет сделала единственное, что ей оставалось делать — слезла со скамейки и прижалась спиной к замурованному дверному проему. Она пыталась выглядеть уверенно, не смотря на хмурых фиолетовых призраков и скелетов полубогов, лежащих у ее ног, ей хотелось уткнуться в свою футболку и кричать.

— Я дитя Афины, — сказала она так смело, как будто имела над ними власть."

"— Грек, — сказал один из призраков с отвращением. — Это еще хуже.