Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

И в последние несколько недель Аннабет снились пауки, почти каждую ночь, они ползали по ней и душили ее, обернув в свои сети.

Теперь, стоя в казармах в форте Самтер, она была окружена ими. Ее кошмары стали реальны.

Усыпляющий голос пробормотал в голове Аннабет:

— Скоро, моя дорогая. Ты встретишь ткачиху, скоро.

— Гея? — пробормотала Аннабет. Она боялась ответа, но тем не менее спросила. — Кто… кто эта ткачиха?

Пауки стали беситься, они ползали по стенам и роились вокруг ног Аннабет, как блестящий черный водоворот. Только надежда на то, что это иллюзия, спасала Аннабет от обморока.

— Я надеюсь, что ты выживешь, дитя, — сказал женский голос. — Я хотела бы, чтобы ты была моей жертвой. Но мы должны позволить ткачихе отомстить.

Голос Геи исчез. На дальней стене, в центре роя пауков, вспыхнул и ожил красный символ: фигура совы, похожая на ту, что изображена на серебряной драхме. Этот символ смотрел прямо на Аннабет. Затем, прямо как в её кошмарах, Метка Афины запылала вдоль стен, испепеляя пауков до тех пор, пока в комнате не осталось ничего, кроме приторного запаха пепла.

— Иди, — сказал новый голос, принадлежащий матери Аннабет. — Отомсти за меня, следуй за Меткой.

Пылающий символ совы исчез. Дверь гарнизона распахнулась. Аннабет стояла ошеломленной в середине комнаты, неуверенная в том, видела ли она нечто реальное… или это была простая иллюзия.

Взрыв потряс здание. Аннабет вспомнила, что ее друзья были в опасности. Она задержалась здесь слишком долго. Она заставила себя двигаться. Все еще дрожа, Аннабет вышла наружу. Океанский воздух помог очистить её разум.

Она смотрела через двор — мимо испуганных туристов и борьбы полубогов — к краю стены, где большой миномет указывал в сторону моря… Возможно, это было лишь воображение Аннабет, но старая часть артиллерии, казалось, светилась красным светом. Она бросилась в ту сторону. Внезапно на нее напал орел, но она уклонилась и продолжила бежать. Ничто не пугало ее так, как те пауки.

Римские полубоги рядами шли к Арго II, но над их головами образовалась миниатюрная буря. Хотя вокруг был ясный солнечный день, над римлянами гремела молния. Дождь и ветер отбрасывали их назад. Аннабет не переставала думать об этом. Она потянулась к миномету и положила руку на дуло. На затычке, закрывающей отверстие, начала светиться Метка Афины, красный контур совы.

— В миномете, — сказала она. — Конечно же.

Она попыталась разжать затычку своими пальцами. Не повезло. Чертыхнувшись, Аннабет вытащила свой кинжал.

Как только небесная бронза коснулась затычки, разъем сжался и разжался. Аннабет сняла ее и сунула руку внутрь пушки.

Её пальцы дотронулись до чего-то холодного, гладкого и металлического.