Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

В тот особый день, возвращаясь от Салли, Аннабет чувствовала себя более истощенной, чем обычно. Сначала они с Салли плакали, а после пытались подбодрить друг дружку, но нервы их были на исходе. В конце концов, Аннабет спустилась в метро на станции Лексингтон-авеню, чтобы доехать до Центрального вокзала. Были и другие способы вернуться к школьному общежитию из Верхнего Ист-Сайда, но Аннабет нравилось ездить через Центральный вокзал. Красивый дизайн и огромное открытое пространство напоминало ей об Олимпе. Большие здания улучшали ее самочувствие, возможно, потому что в этом месте она чувствовала себя более уютно.

Она только что миновала «Сладкую Америку», кондитерский магазин, где работала мама Перси. Аннабет, думая зайти и купить синих конфет как в старые добрые времена, увидела Афину, изучающую карту метро на стене.

— Мама! — Аннабет не могла в это поверить, так как месяцами не видела маму, потому что Зевс закрыл врата Олимпа и запретил богам контактировать с полукровками.

В любом случае, Аннабет множество раз пыталась связаться с мамой, умоляя ее о помощи, увеличивая количество жертвоприношений с каждым приемом пищи в лагере. Но она не отвечала на ее мольбу. Теперь Афина была здесь, одетая в джинсы, дорожные ботинки и красную фланелевую рубашку. Ее темные волосы спадали по плечам. В руках она держала рюкзак и трость, как будто была готова к долгому путешествию.

— Я должна вернуться домой, — пробормотала Афина, изучая карту. — Этот путь слишком запутанный. Жаль, что Одиссея нет сейчас рядом. Он понял бы меня.

— Мама! — позвала Аннабет. — Афина!

Богиня обернулась. Казалось, она смотрела прямо сквозь Аннабет, не узнавая ее.

— Это было моим именем, — мечтательно произнесла богиня. — Прежде чем они завоевали мой город, отобрали мою индивидуальность, превратили меня в это… — она посмотрела на свою одежду с отвращением. — Я должна вернуться домой.

Аннабет в шоке отшагнула назад.

— Ты… вы Минерва?

— Не называй меня так! — серые глаза Богини вспыхнули гневом. — Я привыкла носить с собой копье и щит. Победа была у меня в ладони. Я была гораздо значимее, чем сейчас.

— Мама, — голос Аннабет дрожал. — Это я. Твоя дочь.

— Моя дочь… — повторила Афина. — Да, мои дети отомстят за меня. Они должны уничтожить римлян. Ужасные, неуважительные, подражатели римляне. Гера утверждала, что мы должны держать оба лагеря раздельно друг от друга. Я же была против, лучше бы они воевали. Тогда мои дети уничтожили бы этих узурпаторов.

Сердцебиение Аннабет звоном отдавалось в ее ушах.

— Вы хотели этого? Но Вы ведь мудры. Вы обознаны в войне лучше, чем кто-либо…

— Когда-то была, — ответила богиня. — Но потом я была заменена. Уволена. Ограблена, словно трофей, и унесена… далеко от моей любимой родины. Я проиграла.