Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

Бутафория, как и сама Пайпер. И называется он Катоптрис — зеркало. Она больше не осмеливалась доставать его из ножен, потому что собственное отражение было для нее невыносимо.

— Ты не переживай. — Рейчел сжала ей руку. — Джейсон, похоже, хороший парень. У него тоже было видение. Во многом похожее на твое. Что бы ни происходило с Герой, я думаю, что ваша с ним судьба — действовать вместе.

Рейчел улыбнулась так, словно это было хорошей новостью, но настроение Пайпер только ухудшилось. Она думала, что этот поиск — что бы он собой ни представлял — будет касаться безымянных людей. А теперь же Рейчел фактически говорила ей: «Хорошая новость. Не только твоего отца держит в заложниках какой-то великан-людоед, но тебе еще придется предать парня, который тебе нравится! Ну как тебе это?»

— Слушай, — сказала рыжеволосая. — Нечего реветь. Все образуется.

Пайпер вытерла глаза, пытаясь взять себя в руки. Это было на нее не похоже. Она ведь считалась такой крутой — угонщица автомобилей, которой все нипочем, гроза частных школ Лос-Анджелеса. А вот на тебе — плачет, как ребенок."

"— Откуда тебе известно, что меня ждет?

Рейчел пожала плечами:

— Я знаю, это трудный выбор, да и варианты у тебя не ахти. Я уже сказала, у меня иногда бывают предвидения. Но ты будешь признана у костра. Я почти уверена. Когда ты узнаешь, кто твой божественный родитель, многое, возможно, станет яснее.

«Яснее, — подумала Пайпер. — Но необязательно лучше».

Она села в кровати. Голова у нее болела так, будто кто-то вбил ей копье в лоб. «Твою мать не вернуть», — сказал ей отец. Но сегодня вечером мать явно может признать ее. Впервые в жизни Пайпер была не уверена, что хочет этого.

— Надеюсь, это Афина. — Она подняла глаза, боясь, что Рейчел может высмеять ее, но оракул только улыбнулась.

— Пайпер, я тебя не осуждаю. Честно говоря, я думаю, что Аннабет тоже на это надеется. Вы с ней во многом похожи.

От этого сравнения Пайпер почувствовала себя вдвойне виноватой.

— Очередное предчувствие? Ты обо мне ничего не знаешь.

— Ты еще удивишься.

— Ты говоришь это, потому что ты — оракул. Ты должна говорить всякие таинственные вещи.

— Не буду выдавать тебе мои секреты, Пайпер. — Рейчел рассмеялась. — И не беспокойся. Все уладится; может, только не так, как ты думаешь.

— Ну… твои слова не слишком обнадеживают. Где-то вдалеке раздался звук горна-раковины. Аргус заворчал и открыл дверь.

— Обед? — догадалась Пайпер.

— Ты его проспала, — улыбнулась Рейчел. — Уже время костра. Идем узнаем, кто ты.

X

ПАЙПЕР

Мысль о костре до смерти пугала Пайпер. Она вспомнила громадный алый костер из ее снов, отца, привязанного к столбу.

Но то, что она увидела, навеяло ей не менее ужасное воспоминание: о хоровом пении.