Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

Обещание уйти с миром забылось, и вызванное им наводнение едва не уничтожило нижнюю часть города, пока наконец афиняне не согласились построить на акрополе храм, посвященный Афине и Посейдону.

Этот храм все еще стоит. Если вам приведется там побывать, вы можете разглядеть следы, оставленные трезубцем Посейдона, когда из расколотого им камня забил источник соленой воды. Наверняка неподалеку продолжают расти оливы. Но сомневаюсь, что вам встретятся лошади."

"После этого случая Посейдон стал немного одержим идеей, какой бы город осчастливить своим патронажем, но ему постоянно не везло. Он спорил с Герой за Аргос. Гера победила. Сошелся с Зевсом в борьбе за остров Эгина. Остров отошел Зевсу. Пошел против Гелиоса за Коринф и почти победил, но вмешался Зевс:

— Нет, ребята, давайте вы его разделите. Гелиос, ты заберешь себе главный город и акрополь. Посейдон, видишь те узкие полоски земли у города? Хочешь — они твои.

Посейдона раз за разом обламывали — молниями, оливами и прочим. И с каждой неудачей злость его возрастала.

А это было плохо, потому что когда Посейдон не в духе, он готов выместить свое недовольство на первом попавшемся несчастном, кто хоть сколько-нибудь малейшим образом заденет его за живое.

Например, он очень гордился нереидами, пятьюдесятью морскими божествами, о чьей красоте было известно всему миру. У каждой из сестер были длинные волнистые волосы, столь же черные, как небо в полночь, глаза цвета морской воды и легкие платья из газа, волнующиеся вместе с течением. Все знали, что они были ослепительными красавицами, так что тот факт, что они жили в его владениях, приносил Посейдону то особое удовлетворение, похожее на то, что испытывает человек, живущий в городе, где базируется футбольная команда, выигравшая чемпионат.

Ну так вот, смертная царица Кассиопея из Северной Африки вдруг стала прославлять себя, будто бы она красивее нереид.

Посейдон не смог стерпеть такую чепуху. Он призвал плотоядного и кровососного морского змея где-то в тысячу футов в длину, с пастью, способной проглотить гору, и отправил его терроризировать побережье Африки. Монстр был рад стараться: он пожирал корабли, порождал огромные волны, затопляющие деревни, и орал так громко, что никто не мог уснуть.

Наконец, желая остановить бедствие, Кассиопея решила принести в жертву морскому чудовищу собственную дочь Андромеду: «Ох, простите, я была не права! Не стоило хвалиться! Пожалуйста, можете убить мою невинную дочь!»

На случай, если вам интересно, мой отец этого не допустил. Он позволил герою спасти Андромеду и убить морское чудовище (но это совсем иная история), но даже после смерти Кассиопеи Посейдон не забыл ее нахальства.