Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

Утром боги с сильно осоловевшими глазами пришли в трапезную на завтрак и с удивлением обнаружили, что, оказывается Иксион остался ночевать, а когда они спросили, как так вышло, герой поведал им, что сама Царица Небес пригласила его в свои апартаменты. Рассказ об этом сопровождало заговорщическое подмигивание.

— Она была у меня прямо как шелковая, — хвастался он. — Сказала, что я куда красивее Зевса и что она собирается сделать меня бессмертным, чтобы быть со мной навеки.

Он с головой углубился в хвалебные речи о себе любимом и о том, что Гера хочет уйти от Зевса и выйти замуж за него. Тем временем Зевс зашел в трапезную и бесшумно встал за спиной Иксиона.

Прошло время, прежде чем до Иксиона дошло, что все сидящие за столом боги уже давно подозрительно молчат.

Он запнулся.

— Он… Он что, стоит за моей спиной?

— Совершенно верно! — весело подтвердил Зевс. — И на будущее, если ты собираешься отбить у кого-то жену, не стоит хвастаться об этом в его же доме. И еще — стоит убедиться, что это действительно его жена, а не манекен из облака.

Иксион с трудом сглотнул.

— Полагаю, у меня неприятности.

— Совсем небольшие, — согласился Зевс.

Никто из богов не протестовал против наказания Зевсом своего гостя. Зевс приказал доставить ему колесо от колесницы и привязал Иксиона к спицам, так сильно натянув его ноги и руки, что те едва не оторвались от туловища. Затем он поджег колесо и забросил высоко в небо наподобие фризби. Иксион стал бессмертным, без вопросов, но только для того, чтобы его страдания длились вечность. Он до сих пор где-то там, на орбите, кружит, горит и кричит:

— Гера! Я думал, я тебе нравлюсь!

Но знаете, что самое удивительное во всей этой истории? У Ненастоящей Геры родился ребенок. Как облако могло забеременеть? Понятия не имею, но их с Иксионом сына назвали Кентавром, который позже, судя по всему, умудрился влюбиться в лошадь — опять-таки, не спрашивайте меня, как так вышло. Но их дети породили целую расу кентавров — наполовину людей, наполовину лошадей.

Как я уже говорил вначале, у меня бы просто не хватило воображения придумать подобное.

Гера надеялась, что после случая с Иксионом Зевс станет более внимательным, но ее постигло разочарование. Напротив, Зевс решил, что после столь удачного отстаивания чести Геры он заслужил право поразвлечься.

Если я попытаюсь рассказать обо всех случаях, когда Гера мстила подружкам Зевса, мы застрянем тут на столетие. Можно сказать, для Геры это превратилось в нечто вроде службы с полным рабочим днем.

Но была одна смертная, которая по-настоящему ее довела. Семела была дочерью правителя Фив, и хотя никто не смел произнести это вслух, все знали, что она была самой красивой смертной своего поколения — прекрасна как богиня, а может, прекраснее даже самой Геры.