Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

На садовой скамейке эмпуса обнажила в улыбке клыки.

— Ты же знаешь, Перси, что титаны и их потомство не так уж и плохи, — продолжал Прометей. — Ты знаком с Калипсо.

— Это другое дело. — На моем лице вспыхнул румянец.

— Почему? Она во многом похожа на меня: не совершила ничего плохого, но была сослана навечно только из-за того, что она — дочь Атласа. Мы вам не враги. Не допусти, чтобы случилось худшее, — умоляющим голосом сказал он. — Мы предлагаем вам мир.

Я посмотрел на Эфана Накамуру.

— Тебе, наверно, это не нравится.

— Я не понимаю, о чем это ты, — вспыхнул Эфан.

— Если мы пойдем на эту сделку, не видать тебе твоей мести. Ты не сможешь поубивать всех нас. А ведь ты этого хочешь?"

"Его единственный глаз злобно сверкнул.

— Я хочу одного, Джексон, — уважения. Боги никогда не отдавали мне должного. Вы хотели, чтобы я жил в вашем дурацком лагере, торчал в битком набитом домике Гермеса, потому что я не имею значения? Потому что меня никто не признает?

Он говорил точно так же, как Лука четыре года назад, когда пытался убить меня в лесу у лагеря. От этого воспоминания моя рука зачесалась в том месте, куда меня ужалил скорпион.

— Твоя мать — богиня мщения, — сказал я Эфану. — Мы должны уважать это?

— Немезида нужна для справедливости. Когда людям слишком везет, Немезида служит для них чем-то вроде холодного душа.

— Так вот почему она забрала твой глаз?

— Это было платой, — прорычал он. — Она поклялась мне, что за это в один прекрасный день я окажусь на вершине власти. Я восстановлю уважение к малым богам! Глаз — малая плата за это.

— У тебя прекрасная мамочка.

— По крайней мере, она держит слово. В отличие от олимпийцев. Она всегда платит по счету — добром или злом.

— Ну да, — ухмыльнулся я. — Я, значит, спас твою жизнь, а ты мне отплатил, помог подняться Кроносу. Это благородно.

Эфан ухватился за рукоять меча, но Прометей остановил его.

— Ну-ну, — напомнил титан. — Мы же здесь с дипломатической миссией.

Прометей посмотрел на меня — похоже, он пытался понять причины моей злости, потом кивнул, словно прочел мою мысль.

— Тебя беспокоит то, что случилось с Лукой, — решил он. — Гестия показала тебе не всю историю. Возможно, если бы ты понял…

Титан протянул руку.

Талия вскрикнула, предупреждая меня об опасности, но прежде чем я успел пошевелиться, указательный палец Прометея коснулся моего лба.

Внезапно я снова оказался в гостиной Мей Кастеллан. На каминной полке мерцали свечи, отражаясь в зеркалах, висевших на стенах. Через кухонную дверь я видел Талию — она сидела за столом, а миссис Кастеллан забинтовывала ее раненую ногу. Рядом с ней сидела семилетняя Аннабет — играла с погремушкой в виде Медузы.

Отдельно в гостиной стояли Лука и Гермес.