Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

А теперь, если я вам больше не нужен, я…

— Нет, полукровка! — взвыл тельхин. — Ты должен помочь нам преподнести это хозяину. Великая честь!"

"— Нет уж, спасибо, — отказался его собеседник, и в эту минуту я узнал голос Эфана Накамуры, парня, который сбежал от нас после того, как я спас его жалкую жизнь на арене Антея.

Я, пригнувшись, двинулся к входу в туннель. Потом вспомнил, что я невидимка, и встал.

Резкий порыв холодного воздуха так решительно набросился на меня, что чуть с ног не свалил. С трудом удержавшись, я огляделся и понял, что нахожусь на вершине горы Тамалпаис. Далеко внизу простирался Тихий океан, под затянутыми облаками небом его безбрежные воды казались серыми и мрачными. Примерно в двадцати футах от меня, вниз по склону, двое тельхинов укладывали на большой обломок скалы какой-то длинный и узкий предмет, завернутый в черную ткань. Эфан помогал разворачивать обертку.

— Поосторожней, дурак, — огрызнулся один из тельхинов. — Одно прикосновение, и твоя душа распрощается с телом.

Эфан вздрогнул и отдернул руки.

— Тогда лучше занимайтесь этим сами, без меня.

Я поднял глаза вверх. На вершине горы возвышалась крепость, выстроенная из черного мрамора, точно такая, какой я видел ее в своих снах. Она напоминала необычайно большой мавзолей, со стенами в пятьдесят футов высотой. Понятия не имею, как смертные умудряются не замечать ее тут. Но все, что находилось ниже вершины, казалось мне каким-то призрачным, будто между мной и подошвой горы натянули плотную вуаль. Здесь работала магия — настоящий мощный Туман. Над моей головой тучи быстро неслись и закручивались, образуя огромную воронку. Я не видел Атласа, но до меня доносились его громкие стоны, далеко в вышине он сгибался под тяжестью небесного свода, держа его на плечах прямо над самой крепостью.

— Готово! — воскликнул тельхин.

С крайней осторожностью он приподнял край ткани, и от представшего моим глазам зрелища кровь застыла у меня в жилах.

Это была коса — ее шестифутовое лезвие изгибалось наподобие полумесяца, ее длинную деревянную рукоятку плотно облегала кожаная оплетка. Лезвие сверкало двумя оттенками — цветами стали и небесной бронзы. Это и было оружие Кроноса, то самое, которым он пронзил своего отца Урана, прежде чем боги захватили в плен его самого, обезоружили и бросили в Тартар. Сейчас это страшнейшее оружие выковали заново.

— Лезвие нужно освятить в крови, — сказал тельхин. — Тогда ты, полукровка, сможешь преподнести эту косу повелителю при его пробуждении.

Не раздумывая, я кинулся бежать к крепости с такой скоростью, что у меня даже в ушах засвистело. Больше всего в жизни я не хотел приближаться к этому мерзкому черному мавзолею, но я знал, что должен это сделать.