Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

Он прошел замечательно.

— Мы добьемся успеха, — поддержал я ее. — Сумеем отыскать мастерскую Дедала прежде, чем ее найдет Лука.

Аннабет откинула с лица рассыпавшиеся волосы. Я увидел у нее на подбородке грязное пятно и живо представил, какой она была, когда маленькой бродяжничала по всей стране в компании Талии и Луки. Однажды — а ей тогда исполнилось всего семь лет! — она спасла их от злобного циклопа. Я твердо знал, как бы сильно ни была напугана Аннабет — а сейчас я видел, что ей по-настоящему страшно, — она будет держаться молодцом.

— Мне бы только хотелось, чтобы наш поиск был логичным, — пожаловалась она. — Я хочу сказать, что мы, конечно, движемся по лабиринту, но мы не имеем понятия, куда попадем. Как, например, могло произойти такое, что мы за один день пришли пешком из Нью-Йорка в Калифорнию?

— В лабиринте пространство подчиняется другим законам.

— Да знаю я это, знаю. Только… — Она неуверенно посмотрела на меня. — Перси, знаешь, я первая готова посмеяться над собой. Я столько времени готовилась к собственному поиску, столько перечитала книжек, но сейчас у меня нет ни одной ниточки, которая могла бы нам помочь.

— Ты отлично руководишь, Аннабет. А главное, мы и не должны знать, что именно мы делаем. Это всегда срабатывает. Помнишь остров Цирцеи?

Она тихонько фыркнула.

— Из тебя там получилась довольно симпатичная морская свинка.

— А Вотерлэнд? Когда мы из-за тебя чуть не сломали шеи, кувыркаясь в воздухе?

— Из-за меня? Это ты был во всем виноват!

— Видишь? Это было так здорово!

Теперь она улыбалась, и я был рад, что сумел ее развеселить. Но улыбка на лице Аннабет быстро растаяла.

— Как ты думаешь, Перси, что имела в виду Гера, когда сказала, будто тебе известен путь через лабиринт?

— Понятия не имею, — признался я. — Честно.

— А ты бы сказал мне, если б знал?

— Конечно. Может…

— Что может?

— Может, если бы ты назвала мне последнюю строчку из предсказания оракула, это помогло бы.

Аннабет вздрогнула.

— Только не здесь. Здесь темно.

— А тот выбор, про который все упоминал Янус? Гера говорила…

— Тише, — оборвала меня Аннабет. Она глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. — Извини, Перси, не обращай на меня внимания. Просто я ужасно расстроена. Но я не… Мне нужно об этом еще подумать.

Мы сидели молча, прислушиваясь к странным всхлипам и стонам, раздававшимся в лабиринте, их отголоски сливались и растекались, когда переходы меняли свои русла, росли, ширились. Окружающая темнота напомнила мне о том видении, когда в фонтанчике с соленой водой появился Нико ди Анджело, и тут вдруг в голове у меня что-то стало проясняться.

— Нико где-то здесь, внизу, — сказал я уверенно. — Именно этим путем он выбрался из лагеря. Отыскал вход в лабиринт и рванул туда.