Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

— Самый крупный строительный проект в Соединенных Штатах, — вздохнул Гроувер.

— Откуда вы все это знаете? — удивилась Зоя.

— Аннабет, — ответил я. — Она любила архитектуру.

— Она просто балдела от памятников.

— Всякие факты из нее фонтаном били, — фыркнул Гроувер. — Такая зануда.

— Хотелось бы мне, чтобы она была здесь, — сказал я.

Все кивнули. Зоя по-прежнему смотрела на нас как-то странно, но меня это не волновало. Казалось жестокой несправедливостью то, что мы добрались до плотины Гувера, одного из любимых сооружений Аннабет, а она не может его увидеть.

— Нам надо подняться наверх, — предложил я. — Ради нее. Просто чтобы сказать, что мы там были.

— Вы сумасшедшие, — заключила Зоя. — Но нам все равно туда. — Она указала на большую парковку чуть ли не на самом верху плотины. — Вид оттуда должен быть потрясающий.

* * *Мы шли почти целый час, прежде чем нашли тропинку, ведущую к дороге. Она проходила по восточному берегу реки. Затем двинулись обратно к плотине. Здесь, наверху, было холодно и ветрено. По одну сторону раскинулось большое водохранилище, обрамленное лишенными всякой растительности горами. По другую сторону плотина обрывалась вниз, как самый большой и самый опасный пандус для скейтборда в мире, в семистах футах под нами из щелей дамбы в реку извергались бурлящие потоки воды.

Талия шла посередине дороги, подальше от обрывистых краев. Гроувер продолжал нервно принюхиваться к ветру. Он ничего не говорил, но я знал, что он почуял монстров.

— Они близко? — спросил я его.

— Кто его знает? — Сатир покачал головой. — На плотине ветрено, кругом пустыня… запах может разноситься на мили. Но я чую его со всех сторон. Мне это не нравится.

Мне это тоже не очень-то нравилось. Была среда — до зимнего солнцестояния оставалось всего два дня, а нам предстоял еще долгий путь. Монстры были бы как нельзя некстати.

— В центре для посетителей есть закусочная, — сказала Талия.

— Ты уже была здесь? — спросил я.

— Один раз. Хотела посмотреть на стражей.

Она указала в дальний конец плотины. В одну из скал была врезана маленькая площадка с двумя большими бронзовыми изваяниями. Они напоминали крылатые статуэтки Оскара.

— Когда плотину построили, их посвятили Зевсу, — сказала Талия. — Дар Афины."

"Туристы плотной толпой сгрудились вокруг статуй. Казалось, они смотрели на их ноги.

— Что они делают? — спросил я.

— Потирают большие пальцы, — ответила Талия. — Говорят, это хорошая примета.

— Почему?

— Людям иногда приходят на ум дурацкие мысли. — Талия пожала плечами. — Они не знают, что статуи посвящены Зевсу, но знают, что они какие-то особенные.

— Когда ты была здесь прошлый раз, они заговаривали с тобой?

Лицо Талии омрачилось.