Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

Чудовищ тянет туда, как мух на мед.

— А что за Окаянная гора?

— Ты что, и правда не знаешь? — Талия удивленно подняла брови. — Спроси эту дурочку Зою. Она большой специалист.

Талия мрачно уставилась в лобовое стекло. Я не стал расспрашивать ее дальше, не хотелось выглядеть полным идиотом. Вообще я с трудом мирился с тем, что Талия знает намного больше меня, поэтому решил держать рот на замке."

"Послеполуденное солнце светило сквозь проволочную сетку товарняка, отбрасывая тени на лицо Талии. Я вдруг подумал о том, как они не похожи — Зоя, церемонная и холодная, как принцесса, и Талия, щеголяющая в обносках и готовая завестись из-за пустяка. Но было в них и что-то общее. Обе были крутые. Вот, например, сейчас, сидя в полутьме с мрачным выражением на лице, Талия очень напоминала охотницу.

И тут совершенно неожиданно меня поразила одна мысль.

— Вот почему ты не можешь ужиться с Зоей!

— Что? — нахмурилась Талия.

— Охотницы пытались завербовать тебя, — высказал я догадку.

Глаза ее вспыхнули опасным блеском. Я решил, что сейчас она выкинет меня из «мерседеса», но Талия только вздохнула.

— Я почти присоединилась к ним, — согласилась она. — Однажды мы, Лука, Аннабет и я, встретились с ними, и Зоя пыталась убедить меня присоединиться к ним. Ей это почти удалось, но…

— Но?

Талия вцепилась в руль.

— Мне пришлось бы оставить Луку.

— О!

— Тогда-то мы и поссорились с Зоей. Она сказала, что я глупая. Сказала, что пожалею о своем отказе. Сказала, что однажды Лука бросит меня в беде.

Я смотрел на солнце сквозь металлическую решетку. Казалось, с каждой секундой мы едем все быстрее — тени мелькали, как в старом кинопроекторе.

— Жестоко, — сказал я. — Трудно было предположить, что Зоя окажется права.

— Она не права! Лука никогда не бросал меня. Никогда.

— Нам придется сражаться с ним, — напомнил я. — Другого пути нет.

Талия ничего не ответила.

— Ты не видела его в последнее время. Знаю, трудно поверить, но…

— Я сделаю то, что должна.

— Даже если тебе придется убить его?

— Сделай милость, — раздраженно сказала Талия. — Убирайся из моей машины.

Я так расстроился из-за нее, что даже спорить не стал.

Когда я уже вылез, она окликнула:

— Перси!

Обернувшись, я увидел, что глаза у нее красные, но то ли от гнева, то ли от печали — сказать было трудно.

— Аннабет тоже хотела присоединиться к охотницам. Может, тебе стоит подумать почему?

Прежде чем я успел ответить, она подняла стекла автомобиля.

* * *Я устроился на водительском сиденье гроуверовского «ламборджини». Сатир спал сзади. Он окончательно отказался от попыток произвести впечатление на Зою и Бьянку, после того как сыграл им на своей дудке «Ядовитый плющ» и заставил это растение обвиться вокруг кондиционера их «лексуса».

Глядя на закат, я подумал об Аннабет.