Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

Для прямого удара было слишком далеко, поэтому я рискнул, метнув меч, как нож. Он отскочил от львиного бока, но этого оказалось достаточно, чтобы привлечь внимание монстра. Лев повернулся ко мне и зарычал.

Подобраться поближе можно было только одним способом. Я сделал выпад и, когда лев прыгнул, чтобы перехватить меня, зашвырнул ему в пасть пакет с пищей для космонавтов — большой кус завернутой в целлофан, отборной свежезамороженной клубники.

Глаза льва расширились, и он поперхнулся пакетом, как кошка комком шерсти.

Ну что тут поделаешь! Помню, я повел себя примерно так же, когда ребенком попробовал этой космической еды. Корм, скажем прямо, омерзительный.

— Зоя, приготовьтесь! — громко предупредил я.

Сзади слышались вопли посетителей. Гроувер затянул еще одну душераздирающую песню на своих дудках.

Я бросился прочь от льва. Ему удалось проглотить пакет с космическим кормом, и в его устремленном на меня взгляде теперь читалась жгучая ненависть.

— Пора перекусить! — крикнул я.

Это вынудило льва сделать ошибку и зарычать на меня. Тем временем я успел запустить ему в пасть сэндвич с мороженым. К счастью, я всегда был очень неплохим подающим, хотя бейсбол не в моем вкусе. Прежде чем лев перестал отхаркиваться, я успел запустить ему в глотку еще два сэндвича и обед из свежезамороженных спагетти.

Лев выпучил глаза. Он разинул пасть и встал на задние лапы, пытаясь избавиться от этой гадости.

— Давай! — крикнул я."

"И тут же — две, четыре, шесть стрел впились в пасть монстру. Лев дико дернулся, перевернулся и упал навзничь. Потом затих.

По всему музею выли аварийные сирены. Люди сгрудились у выходов. Охваченные паникой охранники метались по залу, не понимая, что происходит.

Гроувер опустился на колени рядом с Талией, помогая ей прийти в себя. Держалась она молодцом, хотя вид у нее был наполовину оглушенный. Зоя и Бьянка спрыгнули с галереи и подбежали ко мне.

— Интересная… стратегия. — Зоя глядела на меня настороженно.

— Но ведь сработало!

Она не стала спорить.

Лев усыхал на глазах, как это бывает с убитыми чудовищами, пока от него не остался один лишь блестящий мех, да и тот скоро съежился до размеров обычной львиной шнуры.

— Возьми, — сказала мне Зоя.

Я вытаращился на нее.

— Что? Львиную шкуру? Разве это не будет нарушением прав диких животных?

— Это военный трофей, — объяснила она. — И он по праву твой.

— Но ведь его убила ты.

Зоя покачала головой, с трудом сдерживая улыбку.

— Думаю, его убил сэндвич с мороженым. Так что все честь по чести, Перси Джексон. Бери шкуру.

Я поднял шкуру, оказавшуюся на удивление легкой, гладкой и мягкой. Совсем не похоже, что она может выдержать удар меча. Пока я глядел на нее, шкура изменилась, превратившись в плащ — длиннополый буро-золотой пыльник.