Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

— Мантикора! — воскликнула ставшая видимой Аннабет.

Магическая кепка слетела с нее, когда она врезалась в нас.

— Вы кто? — спросила Бьянка ди Анджело. — И что это такое?

— Мантикора? — тяжело дыша, переспросил Нико. — У нее три тысячи атакующих бросков плюс… плюс пять на ход сохранения…

Не знаю, о чем он говорил, да мне и было не до этого. Мантикора когтистыми лапами разорвала волшебные растения Гроувера в клочья и, рыча оскалившись, обернулась к нам.

— Ложитесь! — Аннабет толкнула брата и сестру ди Анджело в снег.

В последний миг я вспомнил о своем щите. Я нажал кнопку на часах, и их металлическая основа, раскручиваясь по спирали, превратилась в прочный бронзовый щит. И очень вовремя. Шипы ударились о бронзу с такой силой, что оцарапали металл. Прекрасный щит, подарок моего брата, оказался самым плачевным образом искорежен. Я даже не был уверен, что он выдержит второй залп.

С глухим звуком Гроувер шлепнулся рядом со мной в снег.

— Сдавайтесь! — прорычало чудовище.

— Ни за что! — выкрикнула Талия.

Она бросилась на монстра, и на какое-то мгновение мне показалось, что она рассечет его напополам. Но вслед за тем раздался оглушительный шум, и над нами вспыхнул яркий свет. Из тумана, паря над скалами, вынырнул вертолет. Это была обтекаемая черная машина, явно боевая модель, с пулеметами и приспособлениями по бокам, походившими на ракеты с лазерным наведением. Прожекторы ослепили Талию, и чудовище смахнуло ее хвостом. Ее щит полетел в снег, копье — куда-то назад.

— Нет! — Я бросился ей на помощь.

Я успел парировать шип, прежде чем тот вонзился ей в грудь. Потом прикрыл нас обоих своим щитом, понимая, что этого недостаточно.

— Ну что, теперь видите, что дело безнадежное? — расхохотался доктор Торн. — Просите пощады, ничтожные герои!

Мы оказались зажаты между монстром и вертолетом с полным боевым вооружением. Шансов у нас не было.

И тут я услышал резкий, пронзительный звук — зов охотничьего рога в лесу.

* * *Мантикора застыла как вкопанная. Какое-то мгновение никто из нас не двигался. Слышалось только завывание ветра и стрекот лопастей вертолета.

— Нет, — пробормотал доктор Торн. — Этого не может быть…

Он не закончил — мимо меня промелькнуло нечто, напоминавшее полоску лунного света. В плечо доктора Торна вонзилась блестящая серебряная стрела.

Шатаясь, он повалился на спину, злобно завывая.

— Будьте вы прокляты! — выкрикнул Торн.

Он метнул свои шипы, по меньшей мере дюжину, в лес, туда, откуда вылетели стрелы, но почти так же стремительно в него полетел рой серебряных стрел. Выглядело это так, словно стрелы перехватывают шины налету, рассекая их надвое, но, должно быть, глаза меня обманывали. Никто, даже дети Аполлона из Лагеря полукровок, не стрелял с такой меткостью.