Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

Она танцевала медленный танец с Гроувером, который то и дело сбивался с ритма, наступал на ноги Талии, и вид у него был мученический. Но ведь и ноги бутафорские. В отличие от меня у сатира имелся предлог проявлять подобную неуклюжесть.

— А ну-ка танцуйте, ребята! — велела Талия. — Глупо торчать здесь просто так.

Я нервно поглядел на Аннабет, затем на девчонок, стайками бродивших по залу.

— Ну? — спросила Аннабет.

— Думаю, кого же мне пригласить?

Она ткнула меня кулаком под дых.

— Меня, рыбьи мозги!

— О да, конечно.

Короче, мы вышли на танцпол, и я посмотрел, как продвигаются дела у Талии с Гроувером. Потом положил одну руку на бедро Аннабет, а она вцепилась во вторую так, словно собиралась опрокинуть меня броском дзюдо.

— Не бойся, не укушу, — сказала она. — Только честно, Перси, у вас, у мальчишек, что — танцев в школе не бывает?

Я промолчал. По правде говоря, танцы у нас бывали. Но я никогда не танцевал на вечеринках, обычно присоединяясь к парням, которые играли в баскетбол.

Мы прошаркали так несколько минут, и я пытался сосредоточиться на разных мелочах вроде гофрированных бумажных лент и чаши с пуншем, то есть на всем, кроме того, что Аннабет выше меня, ладони у меня потные и я постоянно наступаю ей на ноги.

— Так о чем ты говорила? — спросил я. — Неприятности в школе или что?

— Дело не в этом. Все дело в папе. — Она поджала губы.

— Угу. — Я знал, что отношения с отцом у Аннабет непростые. — Я думал, все пошло на лад, когда вы стали жить вместе. Что, опять мачеха достает?

— Он решил переехать, — вздохнула Аннабет. — Когда я только-только начала приспосабливаться к жизни в Нью-Йорке, он взялся за эту дурацкую новую работу — какие-то там исследования для книги о Первой мировой войне. Переехать в Сан-Франциско!

Она сказала это таким тоном, каким могла бы сказать: «Поля наказаний» или «За пазухой у Аида».

— Значит, он хочет, чтобы ты поехала с ним? — спросил я.

— На другой конец страны, — жалобно ответила Аннабет. — А полукровки не могут жить в Сан-Франциско. Ему следовало бы это знать.

— Почему не могут?

Аннабет вытаращила на меня глаза. Может, решила, что я шучу.

— Ты знаешь. Это ведь прямо там.

— А-а, — протянул я. Я понятия не имел, о чем она, просто мне не хотелось показаться совсем уж идиотом. — Значит… ты больше не приедешь в лагерь?

— Все гораздо серьезнее, Перси. Я… наверное, мне следует сказать тебе кое-что… — Вдруг она застыла как вкопанная. — Их нет!

— Что?

Я проследил за ее взглядом. Места для зрителей. Два полукровки, Бьянка и Нико, исчезли. Дверь рядом с местом, где они сидели, распахнута настежь. И доктора Торна тоже нигде нет.

— Надо позвать Талию и Гроувера! — Аннабет исступленно озиралась. — Куда они подевались? Пошли!

Она бросилась в толпу.