Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

"

"— Перси, я не знаю всего пророчества от начала до конца, но оно предупреждает о полукровке, ребенке одного из Большой тройки — ближайшем, кто доживет до шестнадцати. Вот подлинная причина, почему Зевс, Посейдон и Аид после Второй мировой войны поклялись больше не заводить детей. Следующий ребенок кого-то из Большой тройки, который доживет до шестнадцати, будет опасным оружием.

— Почему?

— Потому что этому герою предстоит решать судьбу Олимпа. Он или она примет решение, которое либо сохранит век богов, либо уничтожит его.

Я принял это к сведению. Не похоже, чтобы меня укачало, но внезапно мне стало нехорошо.

— Вот почему Кронос не убил меня прошлым летом.

— Ты мог бы быть очень полезен ему, — кивнула Аннабет. — Если бы он переманил тебя на свою сторону, у богов возникли бы серьезные неприятности.

— Но это если пророчество обо мне?

— Мы знаем только, что тебе нужно прожить еще три года. Это большой срок для полукровки. Когда Хирон впервые узнал о существовании Талии, то предположил, что пророчество о ней. Вот почему он так отчаянно хотел, чтобы она целой и невредимой добралась до лагеря. Затем она пала в борьбе и превратилась в сосну… никто из нас не знал, что и думать. Пока не появился ты.

По правому борту из воды вынырнул заостренный зеленый спинной плавник длиной футов пятнадцать и тут же скрылся.

— Этот ребенок из пророчества… он или она случайно не может оказаться циклопом? — спросил я. — У Большой тройки много детей-чудовищ.

Аннабет покачала головой.

— Оракул сказал «полукровка». Это всегда означает получеловек-полубог. И действительно, нет никого, о ком могла бы идти речь, кроме тебя.

— Тогда почему боги не умертвили меня? Было бы безопаснее меня убить.

— Ты прав.

— Большое спасибо!

— Я не знаю, Перси. Догадываюсь, что кое-кто из богов хотел бы убить тебя, но, возможно, они боятся оскорбить Посейдона. Другие боги… может быть, они до сих пор наблюдают за тобой, стараясь решить, каким героем ты будешь. В конце концов, ты можешь стать орудием их выживания. Вопрос, по существу, стоит так: что ты будешь делать следующие три года? Какое решение ты примешь?

— В пророчестве нет никаких намеков?

Вид у Аннабет стал нерешительный. Может, она и сказала бы больше, но в ту же минуту, словно возникнув ниоткуда, на верхушку нашей самодельной мачты опустилась чайка. Аннабет изумилась, когда птица уронила ей на колени маленькую веточку.

— Земля, — прошептала она. — Где-то поблизости земля!

Я привстал. Да, сомневаться не приходилось: вдали протянулась синяя с бурым полоска. Через минуту я уже мог различить остров с невысокой горой в середине, ослепительно белыми домами, пляжем, испещренным пальмовыми деревьями, и пристанью, у которой скопилось множество самых странных и разнообразных судов.