Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

 — Их покои прямо за нашим обиталищем, там, где отвели воду из акведуков для игр. Когда мы разберемся с вами… когда вы нам поможете… близнецы обещали, что нам больше никогда не придется страдать.

Хагно повернулась к Джейсону:

— Ты, дитя Юпитера, заплатишь за ужасное предательство твоего предка, который привел нас сюда. Мне ведома сила бога неба, я растила его с пеленок! Когда-то нимфы управляли дождем над своими колодцами и источниками, когда я с тобой закончу, мы снова обретем эту силу. А ты, Перси Джексон, дитя морского бога… ты дашь нам воду, бесконечный источник воды.

— Бесконечный? — взгляд Перси метался от одной нимфы к другой. — М-м-м… слушайте, я не уверен насчет бесконечного, но могу выделить вам пару галлонов.

— А ты, Пайпер Маклин, — багровые глаза Хагно сверкнули. — Такая молодая, хорошенькая, наделенная таким нежным голосом. С твоей помощью мы вернем нашу красоту. Сегодня вы спасли нашу последнюю жизненную силу. Мы очень хотим пить и выпьем вас троих!

Все девять нимф запылали и исчезли, а из их альковов хлынула вода — неестественно темная и густая, как масло.

XLIII

ПАЙПЕР

Пайпер требовалось чудо, а не сказка на ночь. Но сейчас она стояла, испытывая шок, глядя, как вода поднимается к ее коленям, и на память ей пришла легенда, которую упоминал Ахелой, — история о потопе.

Не библейское предание о Ное, а версия индейцев-чероки, которую ей когда-то рассказывал отец, — про танцующих призраков и скелет собаки.

Малышкой она часто устраивалась у отца на коленях, пока он сидел в большом массажном кресле. Она смотрела в окно, на побережье Малибу, а отец рассказывал ей историю, которую сам слышал от дедушки Тома в оклахомской резервации.

— У этого человека была собака, — начинал бывало отец.

— Нельзя так начинать сказку! — протестовала Пайпер. — Нужно сказать «Жил-был однажды».

Отец смеялся.

— Но это история индейцев-чероки, а они сразу переходят к сути. Итак, значит, у этого человека была собака. Каждый день человек вместе с собакой ходил на берег озера за водой, и собака всегда бешено лаяла на озеро, словно сердилась на него.

— А она сердилась?

— Терпение, моя лапочка. Наконец человек рассердился на собаку, потому что она так громко лаяла, и отругал ее: «Плохая собака! Прекрати лаять на воду. Это всего лишь вода!» Каково же было его удивление, когда собака посмотрела на него и заговорила.

— Наша собака умеет говорить «спасибо», — вклинивалась Пайпер. — И она может пролаять слово «вон».

— Да, вроде того, — соглашался отец. — Но эта собака говорила целыми предложениями. Она сказала: «Однажды, очень скоро, придет шторм. Вода поднимется, и все утонут. Ты сможешь спастись вместе со своей семьей, если построишь плот, но сначала ты должен принести меня в жертву. Брось меня в воду».