Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

Этого Лео вынести не мог, его ладони раскалились добела. Хейзел и Фрэнк попятились, глядя, как он сжимает в руках зеркало и оно плавится, превращаясь в вязкую лужицу.

Голос Геи умолк, Лео слышал только, как кровь стучит в ушах. Он со всхлипом вздохнул.

— Простите, — сказал он друзьям. — Но она начала действовать мне на нервы.

— Что будем делать? — спросил Фрэнк. — Нужно выбраться отсюда и помочь остальным.

Лео оглядел мастерскую, усеянную дымящимися кусками сломанных сфер. Он все еще нужен своим друзьям, это все еще его шоу. Пока у Лео Вальдеса есть его пояс с инструментами, он не собирается сидеть и смотреть канал «Погибель Полубогов».

— У меня есть идея, — ухмыльнулся он. — Но нам всем придется попотеть.

И Лео принялся пересказывать друзьям свой план.

XLI

ПАЙПЕР

Пайпер пыталась извлечь хоть какую-то пользу из их невеселого положения.

Когда они с Джейсоном устали бродить по палубе, слушая, как тренер Хедж распевает «У старого Макдональда ферма была» (живших на ферме животных сатир заменил различными видами оружия), они решили устроить пикник в парке.

Хедж нехотя согласился.

— Только оставайтесь на виду.

— Мы что, детишки? — спросил Джейсон.

Хедж фыркнул.

— Дети — все равно, что козлята. Они сообразительные и имеют некую ценность для социума. Вы определенно не дети.

Они расстелили одеяло на берегу пруда, под ивой. Пайпер повернула рог изобилия, и из него вылетел целый обед: аккуратно завернутые сандвичи, банки с напитками, свежие фрукты и почему-то торт ко дню рождения в пурпурной глазури и с зажженными свечами.

Девушка нахмурилась.

— Разве сегодня чей-то день рождения?

Джейсон вздрогнул.

— Я не собирался ничего говорить.

— Джейсон!

— Слишком много всего происходит, — произнес юноша. — И, честно говоря… до прошлого месяца я даже не знал, когда мой день рождения, пока Талия меня не просветила во время своего приезда в лагерь.

Пайпер попыталась представить, каково это: не знать, в какой день ты родился. Джейсон попал к волчице Лупе в возрасте двух лет. Он практически не знал свою смертную мать, да и с сестрой встретился только прошлой зимой.

— Первое июля, — сказала Пайпер. — Календы июля.

— Ага, — криво улыбнулся Джейсон. — Римляне бы сочли это благоприятным числом — первый день месяца, названного в честь Юлия Цезаря, священный день Юноны. Ура-а-а.

Пайпер не хотела навязываться или устраивать празднование, если сам Джейсон не желает праздновать. Только спросила:

— Шестнадцать?

Он кивнул.

— Ух ты. Теперь смогу получить права.

Пайпер рассмеялась.