Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

Девушка рассказала, как они отправились в древние земли, чтобы помешать гигантам пробудить Гею. Поведала, как в их команде оказались и греческие, и римские полубоги и как у Геркулеса случился приступ гнева, стоило ему услышать, что их прислала сюда Гера.

Голова Ахелоя все клонилась влево, так что Пайпер сомневалась: то ли он засыпает, то ли просто единственный рог перевешивает.

Когда она закончила говорить, Ахелой посмотрел на нее с таким сожалением, словно у нее на коже выступила сыпь.

— Ах, моя дорогая… легенды правдивы, знаешь ли. Духи, водяные людоеды.

Пайпер с трудом подавила писк. Об этом она Ахелою ничего не рассказывала.

— К-как?..

— Речным богам многое ведомо, — проговорил человекобык. — Увы, ты зациклилась не на той истории. Если бы ты добралась до Рима, то могла бы извлечь большую пользу из легенды о потопе.

— Пайпер? — спросил Джейсон. — О чем он говорит?

Мысли Пайпер вдруг закрутились, как стеклянный калейдоскоп. «Легенда о потопе… Если бы ты добралась до Рима».

— Я… я не уверена, — пробормотала девушка, хотя при упоминании потопа у нее в мозгу прозвенел тревожный звоночек. — Ахелой, я не понимаю…"

"— Да, не понимаешь, — сочувственно протянул бог. — Бедняжка. Еще одна девушка, одураченная песнями сына Зевса.

— Минуточку, — вмешался Джейсон. — Во-первых, я сын Юпитера. А во-вторых, что это за разговоры про «бедняжку»?

Ахелой не обратил на него внимания.

— Девочка моя, известно ли тебе, из-за чего я сражался с Геркулесом?

— Из-за женщины, — вспомнила Пайпер. — Деяниры?

— Да, — Ахелой подавил вздох. — Знаешь, что с ней случилось?

— Хм… — Пайпер глянула на Джейсона.

Тот вытащил путеводитель и принялся перелистывать страницы.

— Вообще-то тут не…

Ахелой возмущенно фыркнул.

— А это еще что?

Джейсон моргнул.

— Просто… «Mare Nostrum: Путеводитель Геркулеса». Он дал нам эту книжку…

— Дело не в книжке, — настаивал Ахелой. — Он ведь всучил ее вам только ради того, чтобы задеть меня за живое, так? Он знает, что я ненавижу такие вещи.

— Вы ненавидите… книги? — переспросила Пайпер.

— Фи! — лицо Ахелоя покраснело, так что его синяя кожа стала фиолетовой, как баклажан. — Это не книга!

Он стукнул копытом по воде, и из нее, точно крошечная ракета, вылетел свиток и приземлился перед человекобыком. Тот, слегка подталкивая копытами, развернул пожелтевший кожаный пергамент, покрытый поблекшими письменами на латыни и искусно выполненными вручную рисунками.

— Вот это книга! — заявил Ахелой. — О, аромат пергамента! И это удивительное чувство, когда разворачиваешь копытами свиток. Разве можно повторить все это посредством такой жалкой штуковины?

Он с негодованием кивнул на путеводитель в руках Джейсона.

— Ох уж эта мне современная молодежь со своими навороченными прибамбасами.