Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

 — Нас окружает тонкий слой кислорода, как вторая кожа. Видимо, он самовоспроизводится. Поэтому мы можем дышать и не промокаем. Огонь начал сжигать кислород, и я чуть не задохнулся.

— Я правда не… — Фрэнк сглотнул. — Мне не нравится, когда ты призываешь огонь, — он снова начал прижиматься к стене.

Лео старался сдержаться, но не сумел и расхохотался.

— Старик, я не собираюсь на тебя нападать.

— Отлично, — проговорил Фрэнк, как будто это все объясняло.

Лео вспомнил слова Хейзел, что огонь нервирует Фрэнка. Он и раньше видел, как тот менялся в лице, но не принимал этого всерьез. Он всегда полагал, что Фрэнк намного могущественнее и страшнее, чем он сам.

Ему даже не приходило в голову, что Фрэнк мог пострадать от огня в прошлом. А ведь мать Лео погибла во время пожара в их мастерской, и все решили, что это его вина. Пока он рос, его называли уродом, поджигателем, потому что стоило ему рассердиться, вокруг него загорались вещи.

— Прости, что я смеялся, — попросил он от чистого сердца. — Моя мама погибла при пожаре, так что я понимаю твой страх. С тобой… случилось нечто подобное?

Фрэнк явно обдумывал, как много можно рассказать.

— Мой дом… принадлежавший моей бабушке. Сгорел дотла. Но это не все… — Он смотрел на морских ежей на полу. — Аннабет сказала, что я могу доверять всем членам экипажа. Даже тебе.

— Вот как, даже мне? — Интересно, как же они с Аннабет вообще до такого договорились? — Ух ты, большая похвала.

— Моя слабость… — начал Фрэнк, словно слова резали ему горло. — Есть один кусочек дерева…

Огромная раковина откатилась от двери."

"Лео обернулся и нос к носу столкнулся с Человеком-с-лицом-цвета-лимской-фасоли, хотя оказалось, что перед ним вовсе не человек. Теперь Лео мог его как следует рассмотреть и пришел к выводу, что это самое странное существо из всех, что ему когда-либо встречались (а это о многом говорило).

До пояса оно более-менее походило на человека — худощавого чувака с голой грудью, на поясе кинжал, через плечо, как патронташ, перекинута лента, с нанизанными на нее ракушками. Зеленая кожа, неряшливая каштановая бородка, длинные волосы собраны под банданой из морских водорослей. Из головы у него, точно рога, росла пара клешней, как у рака, они самопроизвольно поворачивались и пощелкивали.

Лео решил, что чувак не очень-то похож на Хирона, скорее на старого мексиканского бандита Панчо Вилью[111] (плакат с его портретом висел у мамы Лео в мастерской), за вычетом ракушек и рогов-клешней.

Ниже пояса мужик был устроен сложнее: передние ноги сине-зеленой лошади, как у кентавров, но далее лошадиное тело переходило в рыбий хвост футов десяти длиной, с радужным хвостовым плавником, раздвоенным в форме буквы «V».

Теперь Лео понял, что имел в виду Фрэнк, говоря о человекорыбоконях.