Вторая половина олигарха

Там есть горки, и лесенки, и грибки с песком… И еще лавочки, чтобы сидеть. Есть футбольное поле и спортивные снаряды. Там многие играют, только папа редко разрешает нам ходить туда.

– Он говорит, что мы пока маленькие и играть должны в своем дворе. Здесь нас никто не обидит.

– Но иногда кто-то все-таки пытается вас обидеть?

– Да. Как-то один раз – это давно было – у Ваньки мальчишки отняли мяч, настоящий, футбольный. Ванька прибежал домой в слезах, а папа его отругал, сказал, что, если у тебя что-то отнимают, надо сразу в морду бить.

– Строгий у вас папа…

– Он не строгий, он злой. Он на всех кричит и велит всех бить.

– А Ваня что ему отвечает?

– Ванька сказал папе, что бить никого не надо, надо разбираться всегда и во всем и уметь договариваться с людьми.

– Ого! Да твой брат молодец…

– Нас так мама учила… Только вы папе не говорите! Оксана Игоревна, папа будет сильно ругаться, если узнает, что мы помним о маме… В прошлый раз он весь вечер держал Ваньку в углу и не разрешил смотреть мультики.

– Это когда Ваня за обедом заступился за вашу няню?

– Да. Мы съездили в зоопарк, а когда приехали домой, папа вспомнил, что Ванька за обедом перечил ему, и поставил его в угол. А сам на работу уехал…

Ну и папаша! Странная у него любовь к детям. То в зоопарк их везет, то в угол на полдня ставит. Уж как-нибудь определился бы с системой воспитания.

Мы с Танечкой поговорили немного о маме, причем я заметила, что девочка охотно рассказывает про нее, помнит, любит и очень хочет ее увидеть. Даже если папа ее за это, как она выразилась, убьет. Мне было искренне жаль девочку. Бедный ребенок!

– А ваша знакомая волшебница скоро поможет мне увидеть маму? – спросила девочка тихо, оглянувшись на дверь.

– Скоро, – уверила я Танечку, – потерпи еще немного, хорошо?

Она кивнула. Потом мы позанимались языком, выучили еще несколько новых слов.

– Все, урок закончен, – сказала я по-французски.

– Благодарю, – ответила девочка тоже по-французски и отправилась звать брата на английский.

Он зашел в комнату и сел на место сестры.

– Сегодня мы выучим с тобой одно предложение, – начала я, но мальчик меня перебил.

– Извините, Оксана Игоревна, – сказал Ваня, – я хотел сказать вам: заниматься английским я больше не буду.

– Я решил уйти из дома. Пойду искать маму. Она нуждается во мне.

Он сказал это очень серьезно и твердо.

– Почему ты думаешь, что она в тебе нуждается?

– А кто ее кормит? Ей нужны деньги. Я – мужчина, я буду зарабатывать и помогать маме. Ей плохо одной. Так что английский мне больше не нужен.

– Ваня, подожди. То, что собираешься помогать маме, это, конечно, хорошо. Но ты еще маленький. Ты не можешь уйти из дома. Да и папа не отпустит тебя.

– А я его и спрашивать не буду! Я убегу!

Тут уж я сама с опаской посмотрела на дверь.