Олигарх-подкаблучник

И Кира, словно хищный барс, сейчас же кинулась к обрезу.

Но Кирилл пришел в себя быстрей, чем ожидали девушки. Он протянул руку и попытался первым схватить оружие. Оно лежало уже не в ванной комнате, оно отлетело в коридор. Но Кириллу до него было все равно ближе, чем девушкам. И он бы его схватил. Если бы… Если бы не Эдвард Карапетович.

Воспользовавшись суматохой, мужчина попытался улизнуть из квартиры. И сейчас, крадучись, двигался по стенке коридора, стремясь к спасительному выходу. Обрез отлетел ему прямо под ноги.

— Эд! — закричала Кира. — Хватайте оружие! Иначе он нас всех перестреляет!

Уж кем-кем, а дураком Эдвард Карапетович не был. Поэтому он тоже кинулся на обрез. Кира с Лесей вцепились в ноги Кирилла, который рванул туда же. И завязалась нешуточная драка. Кирилл, несмотря на свою кажущуюся худобу и невзрачность, оказался хорошо подготовленным малым. Наверное, часть времени, которое ему отводилось любящими бабушками для занятий музыки, он посвящал спортзалу.

Мускулы у него оказались просто стальные. К тому же он знал кое-какие приемы борьбы. Так что ловко заехал коленом Лесе по уху, Кире по носу, а Эдварду Карапетовичу одним ударом повредил ногу. Отчего тот рухнул на одно колено, став похожим на рыцаря, готовящегося к посвящению. Тем не менее оружия Эдвард Карапетович из рук не выпустил. Но Кирилл уже вцепился в обрез с другой стороны.

— Держите его! — кричала Кира, чувствуя, как соленая кровь из разбитого носа заливает ей рот. — Держите! Леся, да помоги же ты!

Отпустив свое пострадавшее ухо, Леся неожиданно метнулась в сторону. Кире некогда было смотреть, что затеяла ее подруга. Она была занята тем, что мешала Кириллу окончательно придушить Эдварда Карапетовича и завладеть обрезом.

Но все равно, силы были явно не равны. Перепуганный Эдвард Карапетович был бледен, на его лице выступил обильный пот. Ох, не боец он был, нет, не боец! А вот Кирилл сражался отчаянно. Если бы он не был таким мерзавцем, Кира бы даже почувствовала уважение к его силе и ловкости. Но пока она чувствовала только злость и отчаяние.

Обрез уже выскальзывал из слабеющих потных рук Эдварда Карапетовича. А Кира никак не могла разжать стальную хватку пальцев Кирилла, которые сомкнулись на прикладе оружия.

И вдруг у нее над головой что-то просвистело. Сначала Кира даже не поняла, что это такое. А потом ей нос забила едкая пыль. Настоящее облако поднялось перед ее лицом. Ничего не видя перед собой и судорожно чихая, Кира отпрянула в сторону.

— Что это? — закричала она, чихая и кашляя. — Что это такое?

— Мешок сухого клея. Остался после ремонта!

Оказалось, что Леся приволокла упаковку сухой цементной смеси, которую не успели использовать мастера, клавшие кафель у нее в ванной.