Олигарх с Большой Медведицы

Как она могла позабыть?! Утешившись тем, что теперь все проблемы сестры возьмет на себя начальник ее службы безопасности, она совершенно упустила из виду Вадима, Александру, несостоявшуюся женщину его жизни, листочек с адресом и всю остальную ерунду, которая произошла сегодня!

Они так и не поговорили о том, зачем Вадим мог приезжать в Рощино – ведь Белоключевский установил это совершенно точно.

Откуда у мужа рана на боку? Зачем Александре Лизин рощинский адрес? Что такого удивительного увидел Белоключевский на стене галереи среди старых плакатов и фотографий?!

Лифт легонько толкнулся в пол и распахнул чистые стеклянные двери. Дунька задумчиво вошла.

Она ничего не боится – и уж точно не боится своего непутевого и слабого муженька. Если Вадим дома, она сейчас же все выяснит.

Она заставит его сказать, где он получил свою дурацкую, как в пьесе, рану, и зачем его носило в Рощино, и что вообще означает вся эта чертовщина!"

"Она выскочила из лифта, попутно шаря в сумочке в поисках ключей, которые, конечно же, куда-то подевались.

Вытащив в очередной раз ключи от машины, потом от родительской квартиры и еще какие-то ключи, невесть как попавшие к ней в сумочку, Дунька топнула ногой. Да куда же они делись, черт их побери, совсем!..

Она шарила довольно долго, а потом позвонила, думая, что, если Вадим дома, он откроет ей дверь.

Кто-то снизу вызвал лифт, и он уехал – в стеклянной шахте медленно проползли толстенные канаты, – стукнули створки, и все опять затихло.

Никто не открывал. Дунька проводила лифт глазами и продолжила свои изыскания, которые опять не увенчались успехом.

Может, она ключи в машине оставила? Вот будет красота! Куда она денется, когда ее машина непонятно где! На ней она доехала бы к родителям или в Рощино – кстати, это замечательная мысль, поехать в Рощино! Почему она сразу не сообразила?! Тем более когда там все – и сестра, и Громов, и даже этот бывший олигарх, оказавшийся довольно… милым.

Она опять позвонила, до крайности раздраженная и несколько растерянная, и тут дверь открылась.

Она открылась как будто сама по себе – распахнулась, и все, и за ней не было света, только черный квадрат, как на картине Казимира Малевича, которую Дунька решительно не понимала.

Ну, квадрат и квадрат. Ну, черный.

Можно нарисовать еще желтый круг и малиновый треугольник и набрехать, что круг – символ рая, а треугольник – ада. Можно набрехать, что наоборот. Но в любом случае эти творения будут вполне соответствовать творению бессмертного Казимира.

– Вадим? – позвала Дунька и шагнула в квартиру. – Вадим?! Ты где? Ты дома или нет?!

Свет в прихожей почему-то не зажегся, наверняка перегорел выключатель.