Олигарх

Папа болен, а я узнаю об этом от странного олигарха, который вцепился в меня мертвой хваткой, потому что ему нужна новая Маша. Только если ему нужна Маша, почему он назвал меня Викой? И про папу сказал… К горлу подкатил комок. Рак не лечится. А что, если…если папа умрет?

Эта мысль окончательно выбила меня из колеи. Внутри все обмерло от страха. Схватив в руки свой айфон, я принялась набирать номер отца. Потом вспомнила, что в десять часов утра у него пара. Он не берет трубку, когда читает лекции в академии.

Позвонила бабушка. Сама. Видимо, почувствовала мою нервозность.

— Ксюша, ну, как первый эфир? Знаешь, у меня сердце не на месте. Все кажется, может, не нужна тебе эта работа на телевидении?

— У меня теперь другая работа, ба. Нет никакого телевидения.

— Какая такая другая работа? — насторожилась она.

— Не очень обременяющая, но щедро оплачиваемая. Иру помнишь?

— Эту вертихвостку? Конечно, помню! Девушка-беда, а не подруга! Того и гляди, вляпаешься с ней в очередную нехорошую историю!"

"Ух, как бабуля права… но ничего не поделаешь. Договор на год я уже подписала.

— Ира позвала меня в свою компанию.

— К этим ювелирщикам, что ли? Да там одни бандиты работают, Ксюша! Что тебе делать среди них?

— У них хотя бы зарплаты платят, — вздохнула я.

— И кем ты туда устроилась?

— Финансовым аналитиком, — солгала, даже не моргнув. «Анализировать чашки кофе по утрам», — тут же добавила про себя с ядовитым сарказмом.

— Ого… И, что, тебя взяли? Без опыта работы? — дотошно допытывала меня бабуля.

— Да. На испытательный срок. Как сказал их генеральный, красные дипломы на дороге не валяются.

— Не нравится мне все это, Ксюша.

А как мне не нравится, бабуленька… если бы ты знала!

— Ба… скажи, с папой все в порядке? — желая как можно быстрее перевести тему в безопасный режим, спросила я.

— А что не в порядке?

— Нам тут из поликлиники звонили…на домашний телефон… — снова придумала ерунду я.

— И… что?

— Скажи, ты знаешь, что у него не все в порядке?

— Значит, сказали тебе, сволочи… — тихо проговорила она. — Какого черта, спрашивается!

Внутри что-то оборвалось и гулко ухнуло вниз. Значит, правда все про папу.

— У него рак, да? — едва слышно прошептала я.

— Рак, Ксюшенька… и опухоль не операбельна. Врачи сказали, нельзя ничего сделать. Слишком поздно мы спохватились. Она в таком месте, что кровотечение потом не остановишь.

— И что же…теперь делать?

— Ничего. Жить дальше, пока возможно.

Я уронила телефон себе на колени и закрыла лицо руками. Все внутри сжалось, скомкалось в один жуткий комок, и теперь уже не было никакой возможности разжать себя обратно.



Глава 9.

В отличие от Тихонова, Маша оказалась очень милой и отзывчивой.