Императрица Ольга

В связи со своим столичным статусом, а еще с тем, что Москва все же оставалась главным городом русского государства, которое органично развивалось вокруг нее начиная с четырнадцатого века, управляет второй столицей не какой-нибудь городничий, а дядя нынешнего царя, московский генерал-губернатор и командующий войсками московского военного округа Великий князь Сергей Александрович. Его супруга, принцесса Гессен-Дармштадская Элла, старшая сестра покойной императрицы, в православии Великая княгиня Елизавета Федоровна, в возрасте вполне сознательного детства воочию наблюдала, как от вызванного случайным ушибом кровотечения умирает ее любимый брат Людвиг, страдавший гемофилией. Ольга говорит, что это зрелище произвело на нее настолько глубокое впечатление, что она поклялась навсегда остаться бездетной. Мол, именно это обстоятельство и стало причиной многочисленных слухов о нетрадиционной сексуальной ориентации ее супруга. Не знаю, я там свечку не держал, и не верить своей будущей супруге оснований не имею. Кому как не ей, знать, что такое педик в семье.

В Москву поезд пришел в два часа ночи. Обычно местные города (не то что буйные столицы нашего времени) в это время уже крепко спят. Поэтому на Казанском вокзале, куда пришел поезд из Нижнего Новгорода, нас встречали только дюжие городовые, да великокняжеская чета и никто более. Ни хищно-алчной бизнес-братии, ни корреспондентов московских газет, ни прочих представителей политического бомонда Первопрестольной на перроне вокзала не наблюдалось. Как мне показалось на первый взгляд, несмотря на двадцать лет брака и сорокалетний возраст (по местным временам почти старуха), Великая княгиня до сих пор влюблена в своего мужа, хотя тот держится с ней достаточно холодно и отстраненно. Впрочем, эта встреча была весьма мимолетной и заняла лишь то короткое время, в течение которого мы рассаживались по экипажам, чтобы отправиться в выделенные нам кремлевские квартиры."

"В Кремле, куда мы приехали к трем часам ночи, выяснилось, что помещения для женской половины нашей команды выделены в противоположном крыле дворца, чем те, что предназначались для нас, мужчин. И правильно: ведь ни одна из наших пар, включая Дарью Михайловну и Павла Павловича, еще не была венчана, а, следовательно, размещение нас не то чтобы в одном, но хотя бы в близкорасположенных помещениях считалось бы глубоко безнравственным. При этом, когда мы расставались, Дарья Михайловна шепнула мне на ухо, что она проследит за тем, чтобы с моей драгоценной невестой не случилось ничего страшного. И в самом деле, лучшей охраны для будущей императрицы и не придумаешь.