Окутанная солнцем

Но раз отец вырвал ее из вихря собственной жизни, значит, это действительно что-то важное. И вот теперь девушка сидела в автомобиле и гадала, что бы такого могло случиться.

Она открыла сумочку, достала зеркальце и посмотрела в него. Выглядит, как всегда, безупречно. Бархатная кожа нежного оттенка легкого загара, небольшой нос, аккуратные губы и изумрудные глаза. Да, именно изумрудные. Не просто зеленые. Удивительный оттенок глаз, как и черты лица, и волосы, все это досталось ей от матери. Хоть что-то полезное Роксана сумела сделать для своей дочурки, подумала Тринити, захлопывая зеркальце и убирая его обратно в сумочку.

И все-таки она медлила. Что такого отец захотел поведать им? Почему она чувствует себя немного неуютно от одной мысли об этом?

Однако делать нечего. Нельзя же все время просидеть в машине, уповая на то, что все и без нее обойдутся...

Подъехав к воротам, девушка нажала кнопку на пульте дистанционного управления, который всегда был у нее с собой. Железные створки медленно разъехались, пропуская машину внутрь частных владений Мартина Лайтмена. Вырулив по круговой дорожке к центральному входу, Трини остановила автомобиль и, выйдя из него, прошла к двери, которая сразу же открылась при ее приближении.

– Мистер Лайтмен в гостиной, – сообщила Тэрри, служанка.

– Спасибо, – поблагодарила девушка, проходя внутрь.

– Здравствуй, дорогая. – Мартин поднялся навстречу дочери и тепло обнял ее, не забыв потрепать по золотистым локонам, рассыпавшимся по плечам. – Все такая же солнечная, – с улыбкой констатировал он.

– Конечно, – усмехнувшись, кивнула Трини и чмокнула отца в щеку. – Как твои дела?

– Все в порядке, – успокоил он дочь. – Пойдем в столовую. Кора уже все приготовила. Думаю, сначала мы поужинаем.

Подчиняясь, Трини двинулась следом за отцом. Она не хотела трапезничать в присутствии Коры. Но с тех пор, как та прочно обосновалась в родительском доме, этого было не избежать. И девушка смирилась. Хоть и не понимала, как можно чувствовать себя комфортно в присутствии этой лицемерки.

Однако она не собиралась объяснять отцу прописные истины. Поэтому села на один из массивных стульев перед чистыми приборами, расположенными поверх белоснежной скатерти прямоугольного, стоявшего посреди комнаты стола, в ожидании, когда все последуют ее примеру и приступят к еде.

Кора недовольно покосилась в ее сторону, поражаясь бесцеремонности падчерицы. Но та лишь насмешливо фыркнула, показывая мачехе, что мнение той для нее, Тринити, ничего не значит. Мартин как будто ничего не заметил. Он сел во главе стола, и, словно только и ожидая этого, Тэрри подала горячее. Кора, пожав плечами, разместилась напротив Трини.