Оковы для призрака

Этот взгляд был хорошо мне знаком, я видела его раньше, в те моменты, когда мы так хорошо понимали друг друга, что даже не нуждались в словах. Та же связь между нами ожила и сейчас, вызванная чувством одобрения и благодарности.

– Да, – громким, сильным голосом ответил он. – Я могу рассказать все, что знаю о планах стригоев и их местонахождении. И готов вместе с вами встретиться с ними лицом к лицу или остаться в стороне – как вам будет угодно.

– Это может оказать нам бесценную помощь. – Ганс с самым заинтересованным видом наклонился вперед в своем кресле. Я мысленно добавила ему несколько баллов – оказывается, он тоже сторонник нанесения упреждающих ударов по стригоям.

Рич вспыхнул – хотя, может, просто перегрелся на солнце. Пытаясь установить, насколько хорошо Дмитрий переносит солнечный свет, морои и сами уже чувствовали себя не очень хорошо.

– Подождите! – воскликнул он, перекрикивая нарастающий шум. – Мы никогда не поддерживали эту тактику. Кроме того, он ведь может солгать…

Его протест прервал женский крик. Из толпы внезапно вырвался моройский мальчик лет шести и бросился к нам. Кричала его мать. Я остановила ребенка, схватив за руку: я-то не боялась, будто Дмитрий причинит ему вред, а вот у женщины от страха мог случиться сердечный приступ.

– У меня есть вопросы! – заявил мальчик, заметно храбрясь.

Мать потянулась к нему, но я жестом остановила ее.

– Подождите секундочку. – Я улыбнулась мальчику. – Что ты хочешь спросить? Давай, смелее. Я не допущу, чтобы с ним что-нибудь случилось, – заверила я женщину, которая с испуганным лицом смотрела на Дмитрия.

Она не могла знать, в состоянии ли я чему-то помешать, но осталась на месте.

– Это неле… – Рич закатил глаза.

– Если ты стригой, – прервал его мальчик, – тогда почему у тебя нет рогов? Мой друг Джеффри говорит, что у стригоев есть рога.

На мгновение взгляд Дмитрия задержался на мне, и снова между нами проскочила искра взаимопонимания. Потом, сохраняя спокойное, серьезное выражение лица, он посмотрел на мальчика и ответил:

– У стригоев нет рогов. Но даже если бы и были, это не имеет значения, потому что я не стригой.

– У стригоев красные глаза, – вмешалась я. – По-твоему, у него красные глаза?

Мальчик наклонился вперед, вглядываясь.

– Нет. Карие.

– Что еще ты знаешь о стригоях? – спросила я.

– У них, как и у нас, есть клыки.

– У тебя есть клыки? – почти пропела я, обращаясь к Дмитрию.

С ним наверняка уже обсуждали это, но когда спрашивает ребенок… Впечатление совсем другое.

Дмитрий улыбнулся – широко, просто потрясающе, и это застало меня врасплох; он очень редко улыбался так. Даже когда он по-настоящему радовался, это была всего лишь полуулыбка. Сейчас же он улыбался от души, обнажив все зубы, точно такие, как у людей и дампиров.