Око Мира

Хотя я по-настоящему не верю, что дела обернутся именно так.

Ранд надул щеки. По-видимому, быть членом Совета гораздо более сложное дело, чем он предполагал. Двуколка с громыханием катилась по Карьерной Дороге.

— Кто-нибудь кроме Перрина видел того странного всадника? — спросил Тэм.

— Мэт, но... — Ранд моргнул, потом уставился на отца поверх спины Белы: — Ты мне веришь? Мне нужно вернуться. Я должен им рассказать!

Ранд уже повернулся, готовый бежать обратно в деревню, но окрик Тэма остановил его.

— Постой, парень, погоди! Неужели ты думаешь, что я без всякой причины так долго откладывал наш разговор?

Ранд неохотно вновь пошел рядом с поскрипывающей двуколкой; впереди терпеливо шагала Бела.

— Теперь ты веришь? Почему мне нельзя рассказать другим?

— Очень скоро они узнают. По крайней мере, Перрин. Насчет Мэта я не уверен. Как можно быстрее нужно доставить известия на фермы, ведь через час-другой в Эмондовом Лугу всем старше шестнадцати — по крайней мере тем, у кого есть голова на плечах, — будет известно, что рядом прячется чужак, которого вряд ли кто пригласил бы на Праздник. Зима была и без того плоха, чтобы еще вдобавок перепугать младших до полусмерти.

— На Праздник? — сказал Ранд. — Если бы ты видел его, то захотел бы, чтобы он держался подальше от деревни, миль так за десять, не ближе. Или, может, за сотню.

— Может, и так, — спокойно сказал Тэм. — Возможно, он лишь беженец, спасающийся от смуты в Гэалдане, или, более вероятно, вор, который надеется, что здесь ему воровать будет легче, чем в Байрлоне или в Таренском Перевозе. Пускай даже так, но ни у кого в округе нет лишнего, чтобы позволить украсть что-нибудь. Если человек бежит от войны... ну, это все равно не оправдание тому, что он пугает людей. Когда караульные возьмутся за дело, они либо обнаружат, либо отпугнут его.

— Надеюсь, дозоры его отпугнут. Но почему ты поверил мне теперь, хотя утром считал, что мне все померещилось?

— Тогда, парень, я поверил своим глазам, а они ничего не увидели. — Тэм качнул седеющей головой. — Похоже, только молодые видят этого типа. Все вышло наружу, когда Харал Лухан упомянул о том, что Перрин от теней вздрагивает. Его к тому же видел старший сын Джона Тэйна, а еще — сынишка Сэмила Кро, Бандри. Ладно, когда четверо заявляют, что они видели нечто, — и все надежные ребята, — мы стали думать: может, это и существует, неважно, видим мы его или нет. Разумеется, все, за исключением Кенна. Так или иначе, именно поэтому мы направляемся домой. Если никого из нас не будет, этот чужак, глядишь, натворит там бед. Я бы и завтра не возвращался, не будь Праздника. Но мы не станем узниками в собственных домах только потому, что где-то поблизости шатается этот тип.

— Я не знал о Бане и Леме, — сказал Ранд.