Совдетство. Школьные окна

 – Он там давно работает, я тоже у него занималась. Голову Гомера уже рисовали?

– Нет еще… Ухо проходим…

– Противокозелок у меня не получается…

– Противо… что? – нахмурил пшеничные брови жених.

– Я тебе потом объясню.

Повисла неловкая пауза. Они снова переглянулись. Я шмыгал носом, подбирая сопли. Вдруг озадаченное лицо Ипатова посветлело:

– А ну-ка, Костя, дай мне Делакруа! – Он полистал, нашел нужную страницу с печатью и номером, вписанным от руки фиолетовыми чернилам… – Так-так-так, библиотека имени Пушкина, юношеский абонемент. Вот и разоблачили тебя, партизан! Выяснить, у кого именно на руках эта книга, проще пареной репы. Пять минут! Еще не поздно: Кира Леонидовна на месте, она подолгу засиживается. Сам во всем сознаешься или я звоню в библиотеку! Впрочем, можно и Озину набрать, дежурный даст домашний номер. Но тогда будешь не со мной разговаривать, а с участковым. Решай!

– Павел Назарович, зачем вы все усложняете? Если Антонова нет на месте, вызывайте наряд, и дело с концом. Вика, мы пойдем сегодня в кино или нет? Почему из-за какого-то хорька малолетнего у меня должен пропадать вечер?

– Ну, знаешь… – Мой враг насупился.

– Дети, не ссорьтесь! – забеспокоилась Вера Семеновна.

– Ну! Так и будешь играть в молчанку? – сурово спросил Ипатов.

Я исподлобья рассматривал корешки на полках, понимая, что дальше тянуть резину бессмысленно. Конечно, бывший директор заливал: чтобы выяснить, у кого на руках книга, пяти минут маловато. Квиток с именами читателей библиотекарша вынула из кармашка на внутренней стороне обложки и вложила в мой формуляр, а их в выдвижных ящиках сотни, если не тысячи, пока все переберешь и проверишь, полдня уйдет. Беда в другом: когда я три дня назад брал злополучного Делакруа на руки, за конторкой сидела как раз Кира Леонидовна, и она удивленно посмотрела на меня:

– Опять ты, Юра, книжку не возрасту взял! Ты же ничего не поймешь…

– Пойму я, уже про Федотова читал.

– Да, вижу… – Она рассматривала мой формуляр. – Ладно, попробуй, только не торопись, вдумывайся в каждое слово!

И, конечно, как только Ипатов произнесет в трубку название, она сразу меня вспомнит. Не хватает, чтобы и в библиотеке узнали, как я школьные окна бью. Да и Олег Иванович, если они позвонят в Дом пионеров, может еще сидеть в студии, он задумал новую картину.

– Ну! – возвысил голос бывший директор. – Отвечай! Класс?

– Выходит, у тебя классный руководитель Осотина? Что же ты подвел такую учительницу! Фамилия?

– Ну вот и познакомились.

– Погоди, Паш, а это не про него Ирочка нам все уши прожужжала?

– Нет, не может такого быть! Как ты сказал твоя фамилия?

– Батюшки, уж не сын ли ты Лидии Ильиничны? – охнула Вера Семеновна. – Час от часу не легче!

Я всхлипнул, опустив голову ниже некуда.