Оклеветанная жена дракона. Хозяйка таверны \

Ее взгляд скользит по моему лицу, пытаясь уловить признаки того, что я пошутил. Но не находя этого, с каждой секундой становится мрачнее.

— Нет, — она качает головой, а я замечаю, как в отсветах пламени камина начинают блестеть ее глаза. — Ты же шутишь, Родер? Скажи мне. Ты же шутишь?

Я просто смотрю на нее. Отрыто. У меня были несколько часов, пока Ариелла отдыхала от магического всплеска, чтобы хоть как-то прожить эту новость, поэтому я могу так спокойно сообщить об этом.

В момент прощания Грон мне показал их встречу ночью. Было в ней кое-что ценное. Несмотря на то, как отстраненно она говорила обо мне, в ее глазах Грон видел совсем другое. А еще их полет… Я даже завидовал своему дракону, что ему Ариелла доверилась в отличие от меня.

И он знал. Он с самого начала все знал… Возможно, я где-то в глубине души догадывался, хотел верить. Но только сейчас, после рассказа Ариеллы про то, что она из другого мира, окончательно понял, какой подарок нам послала Праматерь. Истинная.

Вард говорил, что все они в другом мире. Но вот она, передо мной. Чужая. Пришлая. Иномирянка. Но истинная.

— Как его вернуть? — Ариелла спускается с моих коленей, обхватывает себя руками и кусает губы. — Точно… Как я могла забыть!

Она дергает завязки своей сорочки, но они не сразу поддаются, отчего Ариелла витиевато ругается. Не сразу, но до меня доходит, что за бредовая и отчаянная мысль пришла ей в голову.

— Стой, что ты делаешь? — я тоже резко поднимаюсь и останавливаю ее руки своими.

— Я вспомнила! Мне Орта же рассказывала, как девушки спасают ваших драконов! — порывисто восклицает она и пытается высвободить руки.

— Нет, это не сработает! — отвечаю я и останавливаю ее.

— Мы должны… Должны хотя бы попытаться! Все же подходит: невинная, магически одаренная… еще и денег не потребую… — она настроена решительно, хотя даже в полумраке я вижу, как краска заливает ее щеки, а смущение — глаза.

— Ничего мы не должны. Это так не работает…

— С чего ты взял?

— С того, Ариелла, что прошло слишком много времени после того, как я перестал его слышать.

— Перестань, — она ударяет своими кулачками мне в грудь, а я морщусь: в бою меня все же задели, а без дракона заживление идет слишком медленно. — Нам нужно попробовать, потому что…

Это ее возмущение, то, как она морщит нос, кусает губы, хмурит брови — все это такое настоящее и живое, что где-то внутри меня трескается, ломается с беззвучным хрустом. Кажется, Ариелла еще что-то хочет сказать, но я, зарывшись пальцами в ее густые, мягкие волосы, притягиваю к себе и целую.

Целую так, как будто это наш последний поцелуй, хотя я точно знаю, что готов сделать что угодно, лишь бы это было только начало. Так, словно вся моя жизнь зависит сейчас от этой смелой, вспыльчивой особы.