Оклеветанная жена дракона. Хозяйка таверны "У Черных скал"

Сиртания выглядит удивительным и уникальным местом. Окутанные ночным сумраком, горные реки и ручьи теперь кажутся струящимися венами, наполненными жидким серебром. Мне кажется, что до меня даже доносится их тихое, но неумолкающее журчание.

Поверхность горных озер похожа на отполированное зеркало, отражающее величественные горные вершины, окутанных мраком.

Темные силуэты вечнозеленых деревьев на склонах словно застыли в ночной тиши. Лишь время от времени их кроны шелестят под дуновением прохладного ночного ветра.

От этого всего веет чем-то очень родным, чем-то, по чему я долго скучала. И сейчас во мне словно появляется какое-то новое ощущение, молодым ростком пробивающееся в груди. Шанс на искупление?

Грон не задерживается надолго над этим удивительным местом, он показывает лишь мельком. А потом…

Потом он показывает настоящий полет. Дерзкий, стремительный, похожий на американские горки. Но самое главное, я чувствую себя в безопасности: я доверяю Грону. Настолько, что в какой-то момент отпускаю руки и закрываю глаза, отдавая себя полету.

Словно у меня выросли крылья, о которых я мечтала. Словно вот так и должно быть. Словно это — только начало.

«От тебя зависит», — отрешенно произносит голос в голове, и именно в этот момент он кажется важным, а я готова сделать все, что он скажет. Только он молчит.

Когда Грон опускает крыло, чтобы я спустилась с его спины, меня все еще немного покачивает, поэтому я иду неровно, пару раз спотыкаюсь. Зато на губах улыбка, а в голове — легкость.

— Спасибо, — поворачиваюсь я к дракону.

«Мне было в радость», — склоняет голову он.

— С тобой просто, Грон…

«Вы сами создаете сложности», — рычит дракон, взмахивает крыльями и взмывает в небо, а я еще долго слежу за удаляющейся точкой.

Нортон не выспится к утру. Как и я. Только у меня останется эта прекрасная ночь, а у него… Мне просто нужно время.

Просыпаюсь я все с той же мыслью: мне просто нужно время. А его у меня становится все меньше и меньше. Шрам стал практически совсем не заметен, потихоньку меняются черты лица.

Поэтому я достаю косметику, которую взяла у Виллении в обмен на заступничество. К сожалению, она оказалась не любительницей плотного и обильного мейкапа, так что мне приходится довольствоваться лишь пудрой и немного румянами.

Видок у меня получается тот еще «кокетливый», зато точно не заметно, что шрам побелел. Но это долго проблему не решит. Поэтому раздав все указания на кухне, я забегаю к Мери, которой целители на пару дней прописали строгий постельный режим.

— Привет, — я ставлю на столик у ее кровати чашку с ароматным чаем и булочку, которую с утра уже успела испечь Орта. — Как ты?

— Я устала, — подняв брови домиком, произнесла Мери.