Охотники Селесты

Дверь отъехала в сторону, и я вышел в коридор, стены которого были покрыты тем же мягким, светло — бежевым пластиком. Шириной около четырех метров и высотой больше трех. Коридор казался бесконечным, но, тем не менее, после получаса блужданий по лабиринту коридоров я оказался перед абсолютно безликой дверью.

Дверь открылась, и я оказался в крошечной каюте два на два метра и высотой около двух с половиной. В противоположной стене открылась дверь санузла, а в стене лючок пищевого синтезатора и консоль информационного терминала, в просторечье — инфор. Откуда-то я знал, что это такое и как всем этим пользоваться. У стены была узкая койка. В общем, это было все. Кроме как лечь на койку и попытаться поспать ничего не хотелось. Лечь-то я лег, но сон не шел. С попаданием, как ни странно, я смирился, а вот как быть с тем, что в течение десяти лет убивал людей. Самое интересное, беспокоило не то что убивал, а то что это не вызывало отторжения. Ну убивал и убивал, никакого шевеления в душе не возникало. Впрочем, если не возникает шевеления, то и хрен с ним. Комплексом Роди Раскольникова никогда за собой не замечал. Да люди это были как бы гипотетические, даже не земляне. Как это называется, а, точно, Ксеносы, вот.

Но кризис девяностых поставил крест на всех мечтаниях. Поступил в тот же «Политех», который стал университетом, на кафедру «Технологии машиностроения». И даже его закончил, а как не закончить, если отец там был старшим преподавателем, а мать методистом на соседней. А дальше всячески пробивался, чтобы успешно пополнить собой тесные ряды «офисного планктона». С семьей, как я уже рассказывал не сложилось. Редкие и короткие интрижки разбились об мою асоциальность. Подстраиваться под вторую половину не желал категорически. Не то, что женщины были плохие или я такой уж карликовый домашний тиран, просто не сложилось. Вспоминать прошлую жизнь, быстро надоело, а перед глазами почему-то всплыло укоризненное лицо Леночки. Но, неожиданно для самого себя, я, поворочавшись, уснул. Все же день был очень насыщенным, и мозгу тоже нужен был отдых.

… Я бежал по каким-то темным коридорам, озаряемых только лампами аварийной сигнализации и вспышками выстрелов, сжимая в руках странную футуристическую конструкцию. И периодически из неё стрелял, пытаясь попасть в подсвеченные красным контуром темные мелькающие впереди силуэты. Перед глазами отображалась тактическая информация. Бросок плазменной гранаты, перекат, очередь стальных иголок прошивает две дезориентированных фигуры в скафандре техников. Дальше не раздумывая, кинулся броском в раскрытую дверь и выстрелил из подствольного гранатомета в следующую раскрытую дверь, сзади бегут черные фигуры в броне-скафандрах, это свои.