Охотники и жертвы

Я долго хранила в душе множество тайн, думая, что таким образом защищаю Лиссу. Однако умалчивать об этой истории с порезами не означало защищать ее. Я не могла заставить ее прекратить, более того, сейчас я задавалась вопросом – не по моей ли вине все началось? Ничего плохого с ней не происходило, пока она не исцелила меня после аварии. Что, если бы она оставила меня раненой? Может, я и сама поправилась бы и сегодня с ней все было бы хорошо.

Я оставалась в больнице, пока Дмитрий пошел за Альбертой. Он не колебался ни мгновения, когда я рассказала ему, где Лисса, добавив, что ей угрожает опасность.

После этого все происходило как в замедленном фильме ужасов. Я ждала, время как будто остановилось. Наконец Дмитрий вернулся с Лиссой, пребывающей в бессознательном состоянии. В больнице поднялась суматоха, и все прикладывали усилия, чтобы я не совала нос в происходящее. Лисса потеряла много крови, и, хотя у них была под рукой «кормилица», требовалось сначала привести Лиссу в сознание, чтобы она могла пить кровь, а это оказалось нелегко. Только к середине академической ночи кто-то решил, что она достаточно стабильна и меня можно допустить к ней.

– Это правда? – спросила она, едва я вошла в палату. Она лежала в постели, запястья ее были перебинтованы. Я знала, что потерю крови восполнили, но, по мне, она все еще выглядела бледновато. – Они сказали, что это была ты. Ты сообщила им.

– У меня не было другого выхода. Лисс… Ты порезала себя хуже, чем когда-либо. И после того как ты исцелила меня… а потом вся эта история с Кристианом… ты могла не справиться и нуждалась в помощи.

– Кристиан. Ты знаешь о нем. Конечно. Ты знаешь обо всем.

– Прости. Я просто хотела помочь.

– А как же то, о чем говорила госпожа Карп? Что нужно все держать в тайне?

– Она имела в виду другое. Не думаю, что она хотела бы, чтобы ты продолжала резать себя.

– А о «другом» ты тоже им рассказала?

Она устремила на меня холодный взгляд.

– Пока. Но собираешься.

– Я вынуждена. Ты можешь исцелять других… но это убивает тебя.

– Со временем я и так поправилась бы. Щиколотка зажила бы. Тебе не нужно было этого делать – оно того не стоило. Думаю, я знаю, когда это началось… когда ты впервые исцелила меня…

Я объяснила, что произошло после аварии и как потом пробудилась ее сила – и одновременно началась депрессия. Заметила, что и наша связь возникла тогда же, хотя и не совсем понятно почему.

– Не знаю, что в точности происходит, но это выше нашего понимания. Мы нуждаемся в помощи.

– Они увезут меня, – безжизненно сказала она. – Как госпожу Карп.

– Думаю, они постараются помочь тебе. Они действительно были очень обеспокоены. Лисс, я сделала это ради тебя. Просто очень хочу, чтобы с тобой все было хорошо.