Охотник за тенью

Чувствуя, что времени у него мало, Маркус ударил ногой в деревянный щит, закрывавший окно. Раз, и другой, и третий – а в коридоре уже намечался багровый отсвет, предвещавший вторжение пламени. Щит наконец поддался, вылетел в пустоту. Маркус схватился за подоконник и уже собирался прыгнуть следом, в темноту бурной ночи, когда из-под обоев с рисунками из сказок показалась фигура. Громадная, она вздымалась, словно грозная тень.

Человек, в котором не было ничего человеческого. Пустые глазницы, голова волка.

От ливня, который ночью обрушился на Рим, утром осталось одно смутное воспоминание.

Выцветшее солнце освещало базилику Сан-Паоло фуори ле Мура, Святого Павла за городскими стенами, вторую по величине после собора Святого Петра.

Там находится гробница апостола Павла, который, по преданию, принял мученичество и был обезглавлен в нескольких километрах отсюда. Базилика расположена на левом берегу Тибра, за стеной Аурелиана, откуда и происходит ее название. В ней нередко проводят торжественные церемонии, в частности похороны государственного значения. В данный момент там происходило отпевание Пии Римонти и Стефано Карбони, агентов полиции, зверски убитых Римским монстром три дня назад.

В церкви было не протолкнуться. Явились высшие полицейские чины, разные должностные лица. Но и простые граждане пришли почтить память жертв ужасающего преступления.

Под портиками, окружающими здание, расположились телевизионщики, снимающие церемонию для новостных каналов. Перед входом уже стоял почетный караул полицейских в парадной форме, дожидаясь выноса гробов, чтобы отдать погибшим последние почести.

Сандра осталась снаружи вместе со многими другими коллегами и отрешенно наблюдала за происходящим, уверенная, что убийца как раз доволен спектаклем, поставленным в его честь.

Она пришла сюда в штатском и взяла маленький цифровой фотоаппарат, на который запечатлевала присутствующих. То же самое делали другие фотографы-криминалисты, смешавшиеся с толпой как внутри базилики, так и снаружи. Они искали лица или жесты, вызывающие подозрение, в надежде на то, что монстр решится присутствовать при отпевании, упиваясь своей свободой и безнаказанностью.

Не такой он дурак, подумала Сандра. Его здесь нет.

В последний раз она присутствовала на похоронах, когда погиб ее муж. Но навязчивая мысль, владевшая ею в тот далекий день, не имела ничего общего с болью утраты. Следя за погребением Давида, Сандра не могла отрешиться от сознания, что теперь она – вдова, таков ее официальный статус. Определение, никак к ней не подходящее, в ее-то молодые годы. Слово это ее раздражало. Никто еще ни разу не назвал ее так, но сама она не могла не смотреть на себя как на женщину, потерявшую мужа.