Охотник за тенью

К счастью, Моро и Креспи отсутствовали уже несколько часов.

Как она и предполагала, документация по делу Космо Бардити оказалась довольно скудной. Сведения о судимостях за распространение наркотиков и за получение дохода от проституции, сделанные в полиции фотографии. Когда Сандра разглядела татуировку в виде свастики на шее Бардити, ей стало противно. Как только пенитенциарий мог ему доверять? – спросила она себя. – И почему Маркус так искренне переживал из-за его смерти? Сандра понимала: может, она относится к парню предвзято; может, Бардити был лучше, чем казался. И все-таки этот человек запечатлел на себе символ ненависти.

Но размышлять на такие темы было некогда. Сандра просмотрела файл и поняла, что обращение к судье по поводу доступа к списку телефонных контактов самоубийцы отсутствует. Она быстренько составила заявку по форме, присвоив ей высшую степень срочности, и послала по адресу. Инспектор, наверное, ничего и не заметит.

Прокуратура послала запрос, и к середине дня телефонная компания выдала распечатку контактов.

Просматривая длинный список звонков, которые сделал Бардити в последний день своей жизни, Сандра сразу отметила, что он старательно собирал информацию. Владельцы этих номеров все имели судимости. Как, интересно, пенитенциарий вычислит нужного человека, если все они подозрительные? Но потом заметила, что один номер из списка повторяется раз пять, если не больше. Сандра выписала и номер, и имя абонента.

Через полчаса, согласно полученным указаниям, распечатка телефонных звонков вместе со свидетельством о судимости человека, которому чаще всего звонил Космо Бардити, оказались в церкви Санти-Апостоли, в ящике для пожертвований.

Сандра Вега сдержала слово. Даже более того. Доставила ему имя.

Но выйти на Николу Гави никак не удавалось.

Мобильник был отключен, а когда Маркус нанес визит к нему домой, сложилось впечатление, что там никого не было по меньшей мере несколько дней.

Николе Гави исполнилось тридцать два года, но, судя по полицейскому досье, большую часть времени он провел в исправительной колонии и в тюрьме. Совесть его отягощали многие преступления – сбыт наркотиков, кража, вооруженное ограбление, нападение.

В последнее время, чтобы обеспечить себя и свою зависимость от крэка, он торговал собой.

Маркус разузнал насчет мест, где он мог подцепить клиентов, – заведений только для мужчин, притонов для мужской проституции. И стал искать его, задавая вопросы и предлагая деньги. В последний раз его видели двое суток назад.

Пенитенциарий сделал вывод. Никола либо мертв, либо скрывается, потому что боится.

Он решил опереться на вторую гипотезу еще и потому, что существовал способ проверить ее.