Охотник за тенью

Моро остался один в оперативном штабе ЦОС.

Один, как старый боец, проигравший войну, но не желающий возвращаться домой, а стоящий на поле боя, среди призраков погибших друзей, и ждущий врага, который уже не придет. Потому что он умеет только одно: сражаться.

Комиссар стоял перед доской с перечнем данных и вещественных доказательств. Все ответы – здесь, перед тобой, сказал он себе. Но ты не сумел правильно взглянуть на дело, поэтому проиграл.

Его отстранили от расследования из-за истории с молодой парой, путешествовавшей автостопом, он арестовал невиновного, заподозрив его в убийстве, хотя тела так и не были найдены. А этот говнюк признался в том, чего не совершал.

Моро знал, что постигшее его наказание – в порядке вещей. Но сдаваться не собирался, не так он был устроен. Хотя он уже и не играл никакой роли в расследовании преступлений Римского монстра, он не мог сбавить обороты, притормозить. Он, как заведенный, мог только лететь на максимальной скорости к намеченной цели. Таким его хотели видеть, к этому его готовили. И остановиться он не мог. Но не мог и рисковать своим местом: нельзя допустить, чтобы его выгнали из полиции. Несколько часов назад он хотел подать в отставку, но глава комиссариата его отставки не принял, с одной стороны пригрозив, а с другой – дав обещание.

«Пока вы служите в полиции, вы имеете право на корпоративную защиту, но, сняв мундир, станете обычным гражданином, и тогда вам смогут инкриминировать ошибку, совершенную два года назад… Подождем, пока страсти улягутся. Вы какое-то время побудете в тени, оставив другим почести и славу. Потом мало-помалу вернетесь на прежние позиции. Ваша карьера от этого не пострадает, даю вам слово».

Что за нагромождение глупостей. Но ведь и его просьба об отставке – сплошной блеф. Он и сам знал, что останется совершенно один. Все его покинут, возможно, повесят на него всех собак.

Монстр совершенствовался. Моро должен был признать это, с яростью, но и с восхищением. В сосновом лесу под Остией он буквально завалил их вещдоками и уликами, включая ДНК, оставленную на рубашке, которой он по оплошности поменялся с жертвой, когда переодевался после убийства. После – ничего или почти ничего.

В списке, однако, не хватало одной позиции. Символа. Человека с головой волка.

Моро до сих пор помнил тень на стене, отбрасываемую скульптурой из костей, которую нашли на квартире у Астольфи. Помнил, какая дрожь его охватила при взгляде на это чудовище.

Начальство решило не ставить карабинеров в известность об этой детали. Моро помнил, что ему ответили, когда он спросил, нужно ли будет при передаче дела СОГ рассказать об эзотерическом символе.

«Эту подробность мы лучше попридержим, – сказал тогда глава комиссариата. – Так будет благоразумнее».