Охота вслепую

Возможно, за эти два года о нем забудут и перестанут охотиться за ним на всех континентах…

Прилетев в Йоханнесбург, Сержант отправился в портовый квартал и зашел в бар гостиницы «Голден краун», некогда приютившей его в этом городе. Он заказал бокал немецкого рислинга и узнал у говорливого бармена, что старики Девятинские давно умерли, продав перед смертью свой бизнес Вальтеру Рихтеру, владельцу крупных виноградников в семидесяти милях от города…

Сержант допил вино, расплатился и вышел. Он, конечно, и не надеялся застать добрых старичков в живых.

Но на душе у него почему-то стало тяжело, точно он ждал или надеялся на теплую встречу после стольких лет, а надежды растаяли как дым… Единственный человек, с которым у него в чужой, непонятной стране возник — или это только была видимость? — теплый человеческий контакт, умер, не дождавшись ни возвращения беглеца из Советской России, ни возврата когда-то одолженных ему денег.

Он вспомнил, что в далеком и, как теперь казалось, покинутом уже навсегда Ленинграде осталась могила матери. Он вспомнил Наталью, которую любил до самозабвения и на которой мечтал жениться. Вспомнил уже стершиеся из памяти лица сослуживцев по Ленугро — и понял, что остался совсем один в огромном неприветливом и не вызывающем доверия мире, где его единственной верной подругой остается снайперская винтовка.

Что ж, раз так распорядилась судьба, он не будет роптать. Джо Долан еще повоюет, еще поохотится!

Только спустя неделю после прибытия Сержанта в тренировочный лагерь под Тулой началась настоящая работа. Парни, вначале не принявшие своего нового инструктора всерьез — уж больно неподходящая у него была конституция, вызывавшая ассоциации с кем угодно, но только не с профессиональным киллером, — вскоре переменили свою первоначальную и, как выяснилось, ошибочную точку зрения: К примеру, оказалось, что его, мягко говоря, избыточный вес — отсутствие талии и заметное брюшко — маскирует стальные мышцы, наделенные такой энергией и силой, что даже Шаман, самый могучий среди Варяговых курсантов,'был поражен.

Этого Шамана Сержант выделил из команды сразу, во время смотра в первый же день. В чернявом цыганистом «качке» и впрямь угадывалось что-то необузданно-дикое и сатанинское. И, в отличие от самого Сержанта, его накачанное тело не имело ни капли подкожного жирка. Всем своим обликом, мощной ладной статью, ловкой скользящей походкой он напоминал самоуверенного и красивого хищного зверя. И если бы не мрачный, злобный взгляд, который Шаман постоянно бросал по сторонам, словно ожидая коварного нападения сзади или сбоку, его можно было бы принять за альфонса или сутенера.