Охота вслепую

Спрятавшись в тени за бетонной постройкой неопределенного назначения, откуда просматривался ближайший причал с пришвартованным судном — длинным, похожим на гигантского черного аллигатора, сухогрузом с темной птицей палубного крана, Юрьев стал спокойно оценивать обстановку. Яркий сноп света падал на борт и высвечивал надпись на немецком языке: «Morgenstem». Под названием судна более мелкими буквами стояло «Hamburg». Скосив глаза вправо, он сразу же обнаружил стайку таможенников, роившуюся у сходней, скинутых с палубы сухогруза-иностранца. Сразу за немцем темнело вытянутое тело другого сухогруза. По нему тоже шарили лучи прожекторов, но там погрузочно-разгрузочные работы еще, похоже, не начались. Да и суеты вокруг не наблюдалось.

Степан раздумывал недолго. Ему показалось, что на «аллигаторе» погрузка уже закончена. Во всяком случае, таможенные инспекторы явно не собирались подниматься на борт. Скорее всего, они уже его осмотрели. Возле трапа стояли два солдата с автоматами, они пропускали на сухогруз моряков из команды. Внимательно приглядевшись к судну, Юрьев подумал, что можно было бы легко влезть на палубу по кормовому швартовому канату. Вот разве что пограничники легко могли бы его обнаружить. Если только отвлечь их внимание. Но как?

Решение пришло быстро. Держась в тени портовых построек, Юрьев крадучись направился к складу бочек с бензином под открытым небом. Несколько десятков бочек были сложены пирамидой. Юрьев надеялся, что огонь не перекинется в открытые ворота складского бокса. А впрочем, ему теперь и на это было наплевать. Оглядевшись, он увидел на стойке пожарного щита красное ведро. В этот момент из ворот складского бокса вышла группка шумно переговаривавшихся рабочих. Степан едва успел присесть за пирамиду бочек. Рабочие топали прямо на него… Он задержал дыхание, готовясь к самому худшему. Рука автоматически потянулась к карману, где лежал табельный ТТ. Если они заметят его, сразу поднимут шум — и тут же сбегутся погранцы, портовая охрана и… Нет, рабочие прошли мимо, не заметив спрятавшегося диверсанта.

Один из рабочих громко посетовал, что сегодня здесь особенно сильно воняет бензином. Ему ответил другой, судя по голосу — постарше, и предложил пойти глянуть, нет ли где течи. На него хором прикрикнула молодежь: мол, утром придет завтрашняя смена, пускай они и проверяют, а им по домам пора.

Дождавшись, когда работяги ушли, Юрьев взял ведро и наполнил его до половины бензином из самой верхней бочки, предварительно открутив пробку. Потом, стараясь сам не облиться, стал выливать на бетон тонкую струйку горючего от упавшего на асфальт конца веревки, насквозь пропитанной бензином. Содержимого ведра хватило метров на тридцать.