Охота на разведенку (СИ)

Дрожало, как в припадке, холодный пот ручьем бежал по спине, тошнота подступала к горлу.

Она не видела, как переглядываются мужчины, ожидая, пока их начальник выйдет, и открыла глаза, только услышав новый голос:

— Опа! Как интересно! А че это здесь?

В проеме двери стоял ее постоянный покупатель, Миша Лысый.

Улыбался легко и выглядел абсолютным отморозком. Еще хлеще тех, что должны были расправиться с ней.

И глаза у Миши тоже не отличались разумностью. Страшные и пустые.

— А ты че здесь? — главный бандит, казалось, был не рад появлению Миши, но почему-то не выгонял. И гонор немного поубавил.

— Да я по делам, Киря кое-что попросил взять… А это кто? Клевая.

Он кивнул на Марину, впившуюся в него взглядом, полным слез и мольбы.

— Три лимона ее мужик взял. Под обычный процент, — тут Миша усмехнулся, а главный бандит кивнул, — так что уже шесть.

— Нехило, — Миша покачал головой, помолчал, избегая настойчивого ищущего взгляда Марины, — ты отзови пока ребят, пойдем поговорим.

— Ну пойдем… — бандит глянул на своих подчиненных, кивнул и двинулся на выход.

Миша, мазнув последний раз взглядом по съежившейся на стуле Марине, дождался, когда выйдут остальные, и закрыл дверь.

Марина осталась одна, в такой оглушающей внезапной тишине, что на мгновение даже решила, будто отключилась от стресса.

Через десять минут, наполненных ужасом вперемешку с надеждой, дверь открылась, и появившийся на пороге главный бандит мотнул ей головой на выход.

— Повезло тебе, коза, — сказал он ей, выталкивая на улицу, — но ненадолго. Мужику своему привет передавай. От Шмеля.

Марина вышла за ворота на дрожащих ногах и упала прямо на тротуар.

Рядом затормозила машина, Миша Лысый вышел, подхватил ее под мышки и усадил на переднее сиденье.

Марина, посидев какое-то время в ступоре, бездумно глядя на дорогу, потихоньку начала выдыхать. Сердце болело, перед глазами все расплывалось.

— Выпей, матрешка, — ей в руки впихнули бутылку, Марина, не глядя, глотнула, закашлялась. Отстранилась.

— Еще пей, мало, сейчас отходняк пойдет, лучше, чтоб сразу, — горлышко стукнуло по зубам, спиртное обожгло горло.

И после третьего глотка стало легче дышать, сердце разжалось, слезы потекли совсем свободно.

Марина закрыла лицо руками и зарыдала. Громко, взахлеб.

Миша не мешал, остановил машину в каком-то переулке, прикурил, пережидая истерику.

Наконец, Марина успокоилась, потянулась еще к бутылке, но он отобрал.

— Хватит, это уже не надо.

Сунул пачку влажных салфеток.

Марина вытерла лицо, несколько раз еще протяжно всхлипнула, и посмотрела на своего спасителя.

В том, что именно он помог ей, сомнений не было.

— Спасибо вам! Я не знаю, как мне вас благодарить…

— Сказал бы я, как в анекдоте, что знаешь, как, — усмехнулся Миша, — но не буду.